15.09.2004

Владимир Думенко

Военно-промышленный курьер

Угрозы глобального масштаба

Природная среда как объект экологического терроризма

Владимир Думенко, доктор военных наук, полковник запаса

В рамках тотальной террористической войны, которая ведется против нашей страны, в ближайшее время вполне возможны сценарии по захвату ядерного или химического объекта на территории РФ, подрыв плотины или водохранилища. И российские спецслужбы должны просчитывать возможные действия террористов, чтобы поставить на их пути надежные заслон. Могут быть задействованы и другие, еще более экзотические варианты с использованием экологического оружия. Что, впрочем, не является чем-то необычным. Еще в июне 1938 г. китайцы, чтобы сорвать японское наступление, взорвали плотину Хуаньхоу на Желтой реке. Начавшееся наводнение привело к затоплению 11 городов и 4 тыс. деревень, что создало препятствия для продвижения войск на площади в несколько миллионов гектаров.

Первые фундаментальные исследования по данной проблеме были начаты в США сразу после Второй мировой войны. Один из проектов - план искусственного возбуждения землетрясения в Японском море, предусматривающий разрушение основных индустриальных центров на тихоокеанском побережье путем подрыва ядерных зарядов вдоль известной линии тектонических сдвигов. Примерно в то же самое время в Индокитае американцы опробовали другие методы ведения экологической войны: искусственное образование ливневых осадков. Программа воздействия на облака выполнялась 7 лет и обошлась в 21,6 млрд. долл. За этот период янки совершили более 2600 самолето-вылетов с целью искусственного вызывания дождя для затруднения передвижения войск. В результате общее количество осадков в регионе увеличилось на 80% (!).

Индокитай широко использовался Пентагоном и для проведения активных действий по изменению климата. Так, начиная с 1971 г., во Вьетнаме проводилась операция "Римский плуг", цель которой - уничтожение растительности и подстилающей земной поверхности. Для этого использовалось 200 тяжелых бульдозеров, снабженных специальными ножами по расчистке практически любых лесов. В результате ежедневно уничтожалось до 400 гектаров леса, что привело к полной потере плодородия в районах операции. По оценкам специалистов, для естественной рекультивации потребуется от 100 до 400 лет.

Но и на этом эксперименты не закончились. С середины 1971 г. США стали применять так называемые "косилки маргариток" - авиабомбы сверхкрупного калибра, предназначенные для расчистки посадочных площадок для вертолетов. Они обладали повышенной силой взрывной волны: разрываясь в 1 м над поверхностью, не создавали воронок, но растительность буквально сдиралась в радиусе 60-70 м. И, как следствие, - эрозия почв, развитие оползневых процессов, усиление наводнений, коренное изменение среды обитания.

Вся система жизнеобеспечения региона была подорвана массированным применением гербицидов и дефолиантов (операция "Рани хэнд"). Всего на землю Вьетнама сбросили более 90 тыс. тонн гербицидов и 8 тыс. тонн отравляющих веществ, что привело к уничтожению 25 тыс. кв. км лесных массивов.

Не менее показательными по своим масштабам оказались и экологические последствия ирако-кувейтского конфликта начала 90-х гг. Огромный ущерб окружающей среде тогда нанес осуществленный Ираком сброс нефти в воды Персидского залива. Однако, с точки зрения экологической войны, наибольшую опасность представляла возможность воспламенения 3 млн. баррелей нефти, разлившейся вдоль побережья. В этом случае концентрация двуокиси серы в прилегающих районах могла достигнуть такого же уровня, как и при извержении вулкана. А в атмосферу попало огромное количество ядовитой окиси углерода, приводящей к первичным заболеваниям и кислородной недостаточности.


Справка

В период с марта по июль 1991 г. горящими скважинами в атмосферу было выброшено 3 тыс. тонн ванадия и 800 тонн никеля. Гигантские облака дыма, содержащие эти канцерогенные металлы, распространяясь из Кувейта на территорию Саудовской Аравии, Бахрейна, Ирана, Ирака, привели к резкому возрастанию различных форм рака, дефектов у новорожденных в данном регионе.


Сегодня для формирования эффектов "ядерной зимы" принимается масса аэрозоля порядка 150-200 мегатонн, - говорит один из военных экспертов Минобороны РФ, просивший не называть его фамилию. - Такие же последствия могут вызвать массовые пожары на нефте- и газоперерабатывающих объектах, предприятиях химической промышленности в условиях длительного ведения войны, когда ликвидация пожаров затруднена.

Эти расчеты позволяют предположить экологическую абсурдность не только ядерной, но и обычной широкомасштабной войны. Поэтому подход к военно-стратегическому соотношению и оценка степени его стабильности в современных условиях не могут сводиться только к анализу стратегической, военно-политической, военно-технической и военно-экономической сторон проблемы. При всей важности таких факторов, особенно на уровне стратегических ядерных вооружений, существенным элементом поддержания стратегической стабильности становятся вопросы сохранения среды обитания.

Но интерес ученых к данной проблеме определяется еще и существенным влиянием природных факторов на экономическую мощь государства. Ведь возможно создание средств поражения, которые оставят далеко позади все прочие виды ОМП. Кроме того, природные условия обладают возможностью скрытного проведения воздействия на них дистанционно, на значительном удалении от места проявления, что дает определенные возможности для ведения тайной экологической войны. Страны, где технология активных воздействий на среду в военных целях достаточно развита, могут осуществлять политику "экологического шантажа" по отношению к государствам, где такие технологии не разрабатываются и не создаются средства контроля и противодействия. Тем более, что сегодня военные технологии позволяют искусственно разрушать слой озона, инициировать землетрясения, цунами, тропические циклоны, возмущения в ионосфере...

По расчетам самих же американских ученых, снижение в США среднегодовой температуры на 1 градус, сопровождаемое увеличением осадков на 12,5%, приведет к такому повышению количества заболеваний среди населения, что суммарные экономические потери могут составить более 100 млрд. долл. в год. Аналогичные условия могут привести к снижению урожайности пшеницы в основных зернопроизводящих странах (США, Аргентина, Австралия, Канада, Франция) на 15-17%. Для России эти оценки ввиду своеобразных физико-географических и погодно-климатических условий составят 20-37%.

"Экзотичность" экологической войны лишь кажущаяся. Более того, это особенно актуально сегодня в связи с угрозами и масштабами международного терроризма. Кроме того, в принятой в 1977 г. международным сообществом Конвенции о запрещении военного или любого иного враждебного использования средств воздействия на природную среду всегда можно найти лазейки или объяснить "эксперименты" научными целями.

Кстати, Чечня все годы войны оставалась опасным местом не только потому, что там стреляли и убивали, но еще из-за угрозы экологического терроризма. Лишь несколько лет назад там, благодаря работе федеральных органов, наметилась другая тенденция. Все началось с постановления правительства РФ № 334 от 2000 г., которое положило начало обследованию ЧР силами экологической службы Вооруженных Сил. Его провели как с земли, так и с воздуха. Для этого привлекались самолеты, вертолеты, бронетехника. Было выявлено 1500 мини-нефтезаводов, которые наносили непоправимый ущерб природе и грозили экологическим бедствием.

Не менее сложная обстановка была рядом с горящими скважинами, тушить почву вокруг которых оказалось крайне непросто. Как, впрочем, и локализовать угрозу подрыва или раскопок радиоактивных могильников.

- За эти годы силами всех структур, принимавших участие в ликвидации и дальнейшем предупреждении загрязнений, удалось многое поправить, - говорит начальник экологической безопасности Вооруженных Сил Российской Федерации генерал-лейтенант Алевтин Юнак. - Сегодня, например, нет ни одной непотушенной скважины, ни одного "фонящего" могильника.

Теперь фактически в каждой дивизии ВС РФ имеется штатный эколог. Есть соответствующие службы в армиях, округах. И все же сказать, что полностью решены все проблемы, пожалуй, нельзя. В создании природоохранных объектов, например, по-прежнему задействованы в основном силы и средства Минобороны. Скажем, в том же гарнизоне Борзой силами военных построены очистные сооружения, канализационно-отсосные станции... В Чечне высажено 4,5 тыс. саженцев деревьев, восстановлено около 1 тыс. кв. м загрязненной территории.

Но эффективно с экологическим терроризмом можно бороться только сообща, используя международную кооперацию, считает генерал-лейтенант Алевтин Юнак. И именно на это, если говорить о морской составляющей, направлена международная программа "Оmeg", активное участие в которой принимает и Россия. Ее реализация, в частности, позволит предотвратить саму возможность использования террористами отработанного ядерного топлива с АПЛ, жидких токсичных отходов, загрязнение которыми может привести к чрезвычайным экологическим последствиям. Есть немало планов и по дальнейшему совершенствованию экологической службы ВС РФ. Уже к 2005 г. должна заработать межведомственная военная экослужба, снабженная самыми современными средствами экологического мониторинга.

...Человечество оказалось весьма изобретательным в деле создания все новых и новых видов оружия, накопив арсенал средств и технологий, который способен уничтожить земную цивилизацию уже без применения ядерного оружия. Сегодня на смену ему может прийти экологическое противоборство. Другой вопрос: простит ли природа землянам стремление поставить ее "под ружье"? Увы, сейчас даже самые светлые головы не смогут предсказать, насколько тернистым и трагичным для человечества может оказаться путь к осознанию того, что, как и в ядерной катастрофе, в экологической войне победителей может просто не оказаться...




Страница:

  Copyright © 1998, «NuclearNo.ru»