06.04.2004

Известия.ру

Обреченные на подвиг

15 лет назад погиб "Комсомолец"

В среду моряки Российского флота отметят скорбную дату - 15 лет со дня трагической гибели в Норвежском море опытной глубоководной атомной подводной лодки проекта 685 типа "Плавник", носящей бортовой номер К-278 и имя "Комсомолец". Из 69 членов ее экипажа в живых остались только 27 человек. Последние годы эта дата в Военно-морском флоте России стала днем памяти всех погибших подводников. Но, несмотря на столь давний срок с момента катастрофы, истинных причин гибели субмарины ни сами моряки, ни общественность так и не узнали. Официальное расследование приостановлено до момента подъема корабля - чтобы "на месте" проверить предположения следствия о причинах и ходе аварии. Когда это произойдет, неизвестно. Лодка покоится на глубине более 1600 метров. Поднять ее современными техническими средствами невозможно.

- У нас на флоте 27 самостоятельных проектов атомных подводных лодок, что ни корабль, то уникальный, - говорят в штабе флота. - А это значит, что у каждого из них свое индивидуальное устройство, оборудование, обслуживание. Ему нужны запчасти, не подходящие ни к одному другому кораблю. К его обслуживанию необходимо специально готовить экипажи...

"У нас Хоттабыч"

В 1955 году СССР вступил в стратегическую гонку за подводные глубины. К этому моменту в США уже была построена первая атомная подводная лодка "Наутилус". Летом 1958 года она совершила свой первый трансарктический поход - через Северный полюс. А наш атомоход все еще стоял у заводского причала. В декабре 1958 года его сдали флоту, но из-за многочисленных конструктивных и заводских недоделок он еще год был в нерабочем состоянии. Американцы тем временем начали регулярное подводное патрулирование в Арктике.

Этот факт заставил руководство ВМФ закрыть глаза на все недоделки и принять лодку, а по претензиям составить совместные решения с промышленностью с обязательством их устранить в ходе эксплуатации. В результате наша первая АПЛ была принята с ограничением срока службы технологических элементов атомного реактора. За весь 1960 год она проплавала только 45 суток. Две другие лодки, построенные в таком же авральном темпе, за весь год совершили не более 8 выходов в море длительностью до двух недель. Остальное время на них устраняли дефекты атомных энергетических установок. К концу 1960 года все три лодки оказались небоеспособными...

Тем не менее необходимый темп был задан. Промышленность стала клепать атомоходы, словно кастрюльки, моряки - испытывать их в ходе эксплуатации, а наука - исправлять выявленные недостатки на последующих кораблях. В итоге флот получил 27 типов не похожих друг на друга подводных лодок. Каждая из них избавлялась от каких-то недостатков предшественницы, однако приобретала свои собственные из-за установленных на ней нового "уникального" оборудования и систем вооружения.

И флот, и промышленность прекрасно понимали, что происходит, но гонка за лидером требовала жертв. И флот обильно их приносил: 4 июля 1961 года на АПЛ К-19 погибли 8 подводников, 8 сентября 1967 года в результате аварии на АПЛ К-3 погибли 39 подводников, 8 марта 1968 года на АПЛ К-129 погибли 98 подводников, 24 февраля 1972 года на К-19 из-за пожара погибли 28 подводников, 18 июня 1984 года на К-131 погибли 13 членов экипажа, 3 октября 1986 года на ракетном подводном крейсере стратегического назначения К-219 погибли 6 подводников. Аварийность была настолько обыденным явлением, что у моряков даже появился свой особый жаргон в радиообмене с берегом: "У нас Хоттабыч" - утечка радиоактивности, или "Мы чихнули" - это посерьезнее...

Золотая рыбка

Необходимость догнать и перегнать Америку требовала не только наращивания числа атомных субмарин, но и повышения их боевой эффективности. И в середине 60-х годов питерскому Центральному конструкторскому бюро морской техники "Рубин" поручили создать не имеющую аналогов в мире глубоководную АПЛ. Американские субмарины могли погружаться на 300 метров, нам надо было перекрыть этот показатель в 3 раза и более. Ведь при погружении на глубину более 1000 метров корабль уже нельзя было не только обнаружить гидроакустическими средствами, но и "достать" противолодочным оружием.

Проект получил шифр "Плавник". Для выполнения задач на больших глубинах было решено делать корпус АПЛ из чистого титана. Новый материал оказался не только трудно обрабатываемым. При насыщении титана водородом образовывались трещины, поэтому сварка производилась в особой газовой среде. Эта технология, разработанная специально для строительства АПЛ, и сегодня есть только у России. Кроме того, титан агрессивен к другим металлам. Сопряжение титановых конструкций с серийным оборудованием требовало поэтому новых технических решений. Использование нового материала, сложности с его обработкой привели к серьезному удорожанию корабля, за что на флоте его тут же прозвали "золотой рыбкой". Уникальный титановый корабль сравнивался по сложности и заложенным новаторским идеям с орбитальной космической станцией. Он был одновременно лабораторией, испытательным стендом и прототипом для будущих кораблей подводного флота. Головная субмарина нового типа, получившая имя "Комсомолец", была спущена на воду в мае 1983 года в Северодвинске.

АПЛ "Комсомолец" получилась уникальной сразу по нескольким показателям. Во-первых, у нее оказалась самая высокая по отношению ко всем отечественным АПЛ плавучесть: 35% против обычных 20% (при заполнении такой части объема лодки водой она могла оставаться на плаву). Во-вторых, лодка действительно могла погружаться на глубины более 1000 метров. Первый рекорд по глубине погружения был установлен 5 августа 1984 года. По словам штурмана "Комсомольца" капитана 3 ранга Александра Бородина, на этой глубине обжатие корпуса субмарины забортной водой было таким, что одну из корабельных коек выгнуло, словно лук. Гидроакустик, который слушал погружение лодки с обеспечивающего надводного корабля, рассказывал: "Я из-за вас чуть не поседел... Стоял такой скрип, такой скрежет...".

На борту "Комсомольца" была установлена одна ядерная установка (на всех других проектах их две). АПЛ могла развивать в подводном положении скорость до 30 узлов - чуть более 60 километров в час. На ее вооружении стояли 16 различных торпед и ракет, которые могли запускаться из торпедных аппаратов, расположенных в носовой части. Впервые в отечественной практике лодку оснастили специальной всплывающей спасательной камерой для всего экипажа, установленной в средней части рубки. В носовой и кормовой частях корабля размещались пятиместные спасательные лодки ЛАС-5. В каждом отсеке, кроме реакторного, находились установки объемного химического пожаротушения. Для быстрой откачки забортной воды из аварийных отсеков использовались два центробежных насоса большой мощности.

Не скажет ни камень, ни крест...

Сегодня на дне Мирового океана покоятся 6 атомных подводных лодок: две американские "Трешер" и "Скорпион", четыре советские К-8, K-219, К-278 "Комсомолец", K-27. Если посмотреть статистику подводных катастроф, сопоставить число погибших в мирное время субмарин с их общим количеством, то в СССР из 535 построенных подводных лодок различных классов затонуло 6 кораблей, то есть 1 погибшая лодка на 89 находящихся в строю. В США - 1 корабль к 33 действующим. Самый плохой показатель у Франции: из имевшихся после войны 35 субмарин затонуло 5 лодок. Правда, две из них были трофейными, а одна английская - еще военной постройки. К сожалению, нашей стране этой статистикой гордиться не приходится: за каждой катастрофой - утраченные человеческие жизни, перед которыми меркнут все достижения технического прогресса по обеспечению живучести подводных кораблей.

Эту истину экипаж "Комсомольца" познал сполна. 7 апреля 1989 года крейсер возвращался с боевой службы в водах Норвежского моря, идя на глубине 160 метров. В 11.03 по московскому времени в 180 км к юго-западу от острова Медвежий на лодке была объявлена аварийная тревога: в 7-м отсеке возник пожар. Через 11 минут с момента начала пожара АПЛ всплыла на поверхность. Пожар был настолько сильным, что произошла разгерметизация системы воздуха высокого давления. Это способствовало усилению пожара. Борьба за живучесть корабля, которую вел экипаж, результатов не дала. Из 7-го отсека огонь перекинулся в соседние помещения. Подводная лодка лишилась электроэнергии и запаса воздуха высокого давления. Короткое замыкание привело к срабатыванию аварийной защиты реактора атомной энергоустановки. К 17.00 начал резко возрастать дифферент на корму из-за поступившей внутрь корабля забортной воды. В результате АПЛ стала стремительно терять запас плавучести и продольную остойчивость. Командир корабля капитан 1 ранга Евгений Ванин дал приказ на эвакуацию экипажа.

Однако спасательных плотов было недостаточно. Некоторые из них попросту не раскрылись. Другие, сброшенные с самолетов, оказались слишком далеко от терпящего бедствие экипажа, и моряки не смогли ими воспользоваться. В 17.08 подводная лодка пошла на дно. Погибли командир и 41 член экипажа. Подошедшая к месту трагедии через 81 минуту плавбаза "Александр Хлобыстов" взяла на борт 27 оставшихся на поверхности моря подводников и тела 5 погибших.

Катастрофа в прямом эфире

Трагедия АПЛ "Комсомолец" стала первой в истории советского флота, которая благодаря гласности, провозглашенной тогдашним генсеком компартии Михаилом Горбачевым, выплеснулась на телеэкраны всего мира. Не сопереживать советским морякам было невозможно. Мужество, с которым они боролись за собственные жизни и жизнь корабля, было очевидно. Но вместе с тем даже у неспециалиста возникало множество вопросов. Например, если наши подводные корабли "непотопляемы", почему утонул самый совершенный из них, почему вместо одного герметично закрывающегося отсека пожар распространился почти по всему кораблю, и наконец, почему моряки не смогли воспользоваться спасательными средствами?

...В 1993 году я приехал служить в газету Северного флота "На страже Заполярья", и одним из первых редакционных заданий стала подготовка материала о состоянии спасательных средств на флоте. Тема была, что называется, в жилу - трагедия "Комсомольца" была для всех моряков еще очень осязаемой, ее обсуждали не только в застольных беседах, но и на всех совещаниях и подведениях итогов боевой учебы в штабе флота. Каково же было мое удивление, когда из бесед с командирами различных уровней я выяснил, что разбор и выводы из трагедии сделаны исключительно на бумаге. Например, знаменитые спасательные плотики - не раскрывшиеся после того, как их сбросили в море рядом с терпящей бедствие АПЛ, - на большинстве кораблей намертво закреплены на своих основаниях на палубах. Случись что - воспользоваться ими будет невозможно. Как объяснили моряки, сделано это для того, чтобы в шторм их не смыло волной (за потерю плота нужно было платить, а его стоимость равнялась "Жигулям"). Более того, большинство из них было разукомплектовано самими же моряками. Кому потребовались рыболовные крючки из аварийного комплекта, а кому и комплект целиком...

Зная все эти факты, ни одна флотская комиссия ни разу не наказала ни одного командира - ведь каждая из них считала лишь количество контейнеров на штатных местах, не проверяя их содержимое. Про спасательные жилеты говорить не приходилось. Все они, как правило, в непотребном состоянии были свалены в самой дальней шкиперской кондейке (по-сухопутному - в каптерке).

Впрочем, выводы из трагедии не были сделаны и на более высоком уровне. До сегодняшнего дня на флоте так и не получили ни одного объективного разбора произошедших катастроф с нашими АПЛ. Моряков ни в училищах, ни на кораблях не готовят к возможности возникновения подобных ЧП. Подготовка к борьбе за живучесть идет "в общем", без привязки к конкретным слабым конструктивным особенностям наших АПЛ. Виной этому все та же секретность - и боязнь высоких начальников признать факт несовершенства техники.

Почему? Во-первых, потому, что лейтенанты, выросшие на первом поколении АПЛ и ставшие сегодня адмиралами, уверены в том, что аварийность - это норма подводной службы. А во-вторых, ни один офицер-подводник за всю историю существования нашего подплава, прекрасно зная о дефектах корабельного оборудования, не отказался от выполнения боевой задачи. А как это сделать, если каждый поход АПЛ за год до его проведения планируется Генштабом - отвечать придется перед таким количеством начальников...

- Каждый из нас давал присягу и поэтому должен выполнить задачу, - не колеблясь, ответил один из высокопоставленных офицеров флота на вопрос корреспондента "Известий", пытался ли он протестовать против вывода в море небоеготовых кораблей. - И я горжусь тем, что экипажи АПЛ моей дивизии ни разу не отказывались выходить в море. Молиться надо на такой народ...

- В ВВС, например, при приеме в эксплуатацию нового истребителя всегда предупреждают пилота о том, при каких режимах полета самолет эксплуатировать нельзя, - рассказал "Известиям" подводник, автор книги "Тайны подводных катастроф", Герой Советского Союза, вице-адмирал Евгений Чернов. - И как действовать, если машина в них все-таки оказалась. На флоте ничего этого нет. Между тем атомная подводная лодка значительно сложнее любого истребителя...

К сожалению, есть и другая причина. В СССР, да и в современной России люди все еще расходный материал. Судить об этом можно по той же катастрофе 12 августа 2000 года атомной подводной лодки Северного флота "Курск", унесшей жизни 118 подводников. Трудно поверить, что командир корабля капитан 1 ранга Геннадий Лячин не знал о проблемах с торпедой (по официальной версии, именно из-за ее взрыва произошла трагедия), но тем не менее не отказался от проведения учебной стрельбы. Откажись он - и обещанная за предыдущую боевую службу в Средиземном море Звезда Героя ему бы не досталась. А сам подводник стал бы предметом постоянного склонения на всех подведениях итогов боевой подготовки флота как командир, неспособный выполнить элементарное упражнение - пуск учебно-боевой торпеды.

За другими примерами также далеко ходить не надо. Достаточно вспомнить недавнюю стратегическую командно-штабную тренировку (СКШТ), проводившуюся в январе-феврале 2004 года под руководством президента Владимира Путина. В ходе СКШТ стратегическая атомная подводная лодка "Новомосковск" вышла в море на проведение зачетной стрельбы баллистическими ракетами с неработающим навигационным комплексом. Следом за ней другая лодка - "Карелия" - производит пуск ракеты из "неудачной" серии, но ведь предыдущая машина из этой же партии, запущенная ранее, самоликвидировалась, дав тот самый один процент неудачных пусков для самой совершенной морской ракеты РСМ-54. Разве об этом не знали моряки? Почему нужно было вновь запускать ракету, пока не выяснены причины сбоя в ходе предыдущего пуска? Ответа на этот вопрос как не было, так и нет. Официальные итоги разбора тех учений не дают уверенности в том, что они объективны. Виновные ни среди представителей промышленности, ни среди командования или членов экипажа не найдены. Точно так же, как никто не ответил ни за одну прошлую подводную катастрофу нашего флота...

Неуставное соответствие

- Наши ПЛ обладают самым большим в мире запасом плавучести и сами не тонут! Их топят "доблестные герои-подводники": двоечники, плохо знающие специальность и спящие на лекциях... - примерно так начинали свои лекции преподаватели с кафедры боевых средств флота в Военно-морской академии им. Дзержинского.

В постановлении о приостановлении расследования уголовного дела, возбужденного по факту гибели АПЛ "Комсомолец", сказано: "Конструктивное исполнение устройств и систем подводной лодки К-278 не явилось причиной гибели ее и экипажа. Нарушение требований руководящих документов ВМФ по боевой подготовке привело к тому, что 28 февраля 1989 года на подводной лодке в море был направлен потерявший свою линейность (то есть требующий дополнительной подготовки для выхода в море. - "Известия") второй экипаж капитана 1 ранга Ванина Е.А. Такое состояние экипажа явилось следствием систематических нарушений требований руководящих документов, регламентирующих правила подготовки экипажей подводных лодок, и отсутствия должного контроля за результатами боевой подготовки. Недостаточно подготовленные к действиям в сложных условиях должностные лица и личный состав подводной лодки не обеспечили решения задач при борьбе с пожаром при поступлении воздуха высокого давления и забортной воды, спасения личного состава. Это привело к гибели АПЛ и части личного состава".

- В случае с "Комсомольцем" было нарушено основное требование курса боевой подготовки ВМФ в части превышения предельного срока перерыва в плавании - 8 месяцев, - пояснил ситуацию Чернов. - У второго экипажа корабля перерыв между выходами в море составил 9 месяцев. Поэтому этот экипаж должен был быть выведен из линии и перед выходом в море должен был отработать полный курс задач боевой подготовки, но этого не было сделано. В экипаже было 7 моряков, не допущенных к несению боевого дежурства. Все это привело к тому, что на начальном этапе борьбы с пожаром моряки с задачей не справились, не хватило опыта и слаженности в действиях. В результате первичное возгорание переросло в катастрофический пожар, и как следствие - гибель атомохода.

Между жизнью и смертью

Есть и еще причина, которую нельзя не учитывать, рассказывая о подводных катастрофах. Специалисты считают, что виной гибели подводных кораблей и их экипажей становятся не только внешние неблагоприятные факторы - они сопутствуют любому подводному плаванию, - техническое состояние или подготовленность людей. Как это ни парадоксально звучит, но опасность представляет сам факт существования этой техники. Любая субмарина, по словам специалистов, похожа на пороховой погреб, в котором кто-то постоянно курит.

Из-за крайне ограниченных размеров отсеков конструкторам приходится размещать приборы и оборудование, сочетание которых противопоказано: их работа в непосредственной близости друг от друга может привести к аварийной ситуации. Экипаж корабля заведомо подвергается при этом высокому риску. Подводники прекрасно знают об этом, и только их высокий профессионализм, выучка и техническая подготовка позволяют соблюсти тот баланс безопасности, который в итоге и позволяет им выполнять поставленные перед ними боевые задачи, живыми возвращаться в родные базы.

Станут ли подводные лодки со временем безопаснее для эксплуатации? На этот риторический вопрос есть только один ответ - нет. Несмотря на все достижения науки и техники, подводные лодки всех последующих проектов будут наследовать единственный недостаток всех своих предшественниц - крайне ограниченные объемы отсеков, в которые надо будет уместить максимально возможное, а часто и невозможное количество различных приборов и механизмов. А ведь - парадоксальное дело - порой их еще и дублировать надо. Говорят, что АПЛ "Комсомолец" погубил неисправный газоанализатор, вовремя не подавший сигнал тревоги о повышении допустимого уровня концентрации газа в отсеке, что и привело к возникновению пожара...




Страница:

  Copyright © 1998, «NuclearNo.ru»