11.06.2003

Патрик Сабатье

Liberation

Война против диктатур, связанных с терроризмом

"Свержение Саддама уже изменило динамику на Ближнем Востоке, о чем свидетельствуют итоги переговоров в Акабе между палестинцами и израильтянами". Билл Кристол руководит популярным еженедельником Weekly Standard. Кристол - неоконсерватор, идеи которого были широко использованы в ходе разработки "доктрины Буша". Он выступает за реставрацию pax аmericana (американский мир), которая основывалась бы на военной гегемонии Соединенных Штатов и политике конфронтации с режимами, враждебными западным демократиям. Его последняя работа названа "Наш путь начинается с Багдада".

- Следующий этап после Багдада? Тегеран?

- Мне ничего неизвестно, и я не думаю, что Буш может дать ответ на этот вопрос сегодня. Мы находимся в состоянии войны против распространения оружия массового поражения и диктатур, связанных с терроризмом. Мы надеемся вести эту войну политическими и дипломатическими средствами, но использование военной силы должно оставаться одним из вариантов. Буш вполне серьезен, когда говорит, что мы не согласимся жить в мире, где Северная Корея или Иран будут обладать ядерным оружием и будут его экспортировать, дестабилизируя ситуацию в Восточной Азии или на Ближнем Востоке. Но вопрос ко всем тем, у кого Соединенные Штаты вызывают такой страх, следующий: "Какую альтернативу вы предлагаете?" Факт в том, что Иран пытается обрести ядерное оружие. Будем ли мы с этим мириться? Турция, Египет, Саудовская Аравия, должны ли они обладать ядерным оружием? Буш относится к этой проблеме серьезно и не приемлет страусиную политику.

- Следует ли в Иране менять режим, так же как в Ираке?

- Да. Это должно быть нашей целью. Но в Иране правительство разделено, народ недоволен. Это позволяет рассматривать возможность изменения режима изнутри. Мы должны сделать больше, чем мы делаем по оказанию помощи этим внутренним силам, использовать политические и дипломатические приемы, аналогично тому, как мы поступали в Восточной Европе в 80-е годы. Если европейцы хотят убедить Буша не применять силу, то они должны быть убедительными и помогать иранской оппозиции вместо того, чтобы поддерживать отношения с самыми худшими представителями режима и поставлять им технику двойного применения.

Как мы поступим 9 июля, если пройдут студенческие манифестации против режима по случаю годовщины кровавого подавления выступлений 4 года назад? Какой будет наша позиция и позиция европейцев, если режим проявит слабость? Оставим ли мы в беде демократов во имя невмешательства? Мы должны будем поставить вопрос об интервенции. В 1956 году мы пришли к выводу, что ничего не можем сделать для Венгрии, потому что у Советского Союза было ядерное оружие. Если такое произойдет в Иране, мы должны будем более тщательно взвесить ситуацию вместо того, чтобы безропотно соглашаться с худшим.

- В Ираке была одержана легкая военная победа. Соединенные Штаты не увязают в Ираке?

- Такая опасность существует. Ситуация немного улучшается, после первоначальной неразберихи. Буш понимает, что мы не можем потерпеть неудачу в Ираке, оставить эту страну гибнуть в хаосе. Вероятнее всего, наши войска останутся в Ираке на пять лет. Но это вряд ли будет трясиной. Посмотрите на Косово или Боснию. Дела в Ираке могут пойти лучше. Но если через пять лет ситуация будет сходна с той, которая наблюдается сегодня в Боснии, то результат уже нельзя будет назвать приемлемым. Ирак может стать примером для всего региона. Свержение Саддама уже привело к изменению динамики на Ближнем Востоке, о чем свидетельствуют результаты переговоров в Акабе между израильтянами и палестинцами.

- Во всем мире растет враждебность по отношению к Соединенным Штатам. Не стала ли доктрина Буша контрпродуктивной?

- Было бы глупо не замечать такой опасности. Но я в это не верю. Исламский фундаментализм стал сильнее, чем пять лет назад? Нет. Бен Ладен и ваххабиты укрепили свои позиции, воспользовавшись слабостью Запада. Рост влияния исламистов стал возможным, потому что мы навязываем соблюдение прав человека в арабском мире. Проблема этих последних десяти лет заключается в том, что мы настолько активно проталкивали демократизацию в арабском мире, что это спровоцировало ответную волну. Американцы, французы и британцы сделали что-то, чтобы Египет осуществлял демократические реформы или чтобы Саудовская Аравия прекратила экспортировать исламский ваххабизм? Неудивительно, что арабская улица не слишком любит Запад.

- Недоверие возросло в результате того, что иракский арсенал так и не был найден.

- Я сегодня уже говорил, что лучше быть откровенными и защищать наши аргументы в пользу смены режима в Ираке. Оружие массового поражения Саддама, которое представляло реальную угрозу, было одной из целей, наряду с освобождением иракского народа и трансформацией Ближнего Востока.




Страница:

  Copyright © 1998, «NuclearNo.ru»