22.04.2003

Русский Журнал

Перспективы новой Корейской войны. Пекин и Сеул против Вашингтона

Итак, Ирак пал. Вопреки надеждам одних и опасениям других, иракское правительство не смогло организовать эффективного сопротивления американскому вторжению. В очередной раз война выиграна Штатами - и в очередной раз победа эта досталась, по большому счету, очень дешево.

Ясно, что военная победа в Ираке может сыграть на руку тем американским лидерам, кого принято называть ястребами - сторонникам силовых решений и показательных расправ с теми режимами, которые относятся к США без должного пиетета. Собственно говоря, список таких режимов обнародован уже давно - это пресловутая "Ось Зла", в которую наряду с Ираком включены Иран и Северная Корея.

Вторжение в Ирак и его молниеносный разгром переводят американское вторжение в Северную Корею из категории политической фантастики в категорию вполне возможных (хотя, по-прежнему, и не слишком вероятных) событий. В конце концов, из всех стран "Оси Зла" одна лишь Северная Корея открыто признала, что ведет работы над ядерным оружием - и даже напрямую угрожала нанесением "превентивного удара" по территории США. По сравнению с относительно осторожным поведением Ирака подобные действия, конечно, производят впечатление исключительной дерзости. Пхеньян решался на такие демарши потому, что был уверен в собственной неуязвимости и активно использовал свои реальные и вымышленные военные программы для того, чтобы выдавить из своих противников дополнительную помощь. Подобная "стратегия шантажа" работала неплохо, но в основе ее лежало убеждение в том, что США не решатся на прямое нападение на КНДР. В нынешних условиях, "в мире после Хусейна (и Талибана)" эта посылка более не выглядит столь уж бесспорной.

Если дело действительно дойдет до войны - или хотя бы до серьезной подготовки к ней - американскому руководству предстоит найти решение ряда дипломатических, военных и политических проблем.

Внешнеполитических проблем две. Одна из них именуется "Китай", а другая - "Южная Корея". Конечно, нет сомнений, что явная подготовка американского вторжения вызовет протесты и у многих других стран. Однако протестов будет меньше, чем накануне иракской кампании. Во-первых, на "иракскую" политику многих европейских государств оказало влияние наличие у них мусульманского меньшинства и связанного с ним лобби. Корейского же лобби в Европе как-то не наблюдается. Во-вторых, военная кампания в Корее не слишком затронет интересы большинства держав - нефти там нет, а участие КНДР в мировой торговле крайне ограничено. В-третьих, режим Хусейна был, по большому счету, вполне обычным для своего региона явлением, а политическая система Северной Кореи отличается совершенной одиозностью. Поэтому можно предположить, что недовольные, в числе которых будет и Россия, ограничатся лишь грозными заявлениями и пространными рассуждениями о пользе уважительного отношения к национальному суверенитету.

Китай - это совершенно другое дело. Отношение Пекина к КНДР никогда не было однозначным: Северная Корея зачастую умудрялась вызывать у своих покровителей и союзников почти такую же изжогу, как и у своих противников. Нынешние ракетно-ядерные амбиции Пхеньяна тоже не слишком нравятся Китаю. В Пекине опасаются, что такой поворот событий приведет со временем к созданию ядерной Кореи и ядерной Японии.

Однако перспектива американского вторжения в Северную Корею не вызывает восторга у китайской дипломатии. Во-первых, КНДР остается стратегическим буфером, который отделяет китайскую Манчжурию от расположенных в Южной Корее американских войск. Во-вторых, единая Корея, скорее всего, будет проамериканской. Поэтому военное свержение кимовского режима и насильственное объединение страны под эгидой Сеула будет означать заметное ухудшение стратегического положения Китая. Наконец, КНДР, будучи "социалистическим государством", формально является и идеологическим союзником КНР. В мире сейчас почти не осталось государств, во главе которых стоят коммунистические партии, а сохранение некоторого количества таких стран желательно для КНР из пропагандистских и внутриполитических соображений.

Конечно, это не означает, что "китайские народные добровольцы" в случае необходимости опять перейдут границу - как они сделали в 1950 г. Ни прямой конфликт с Америкой, ни даже серьезное и долговременное обострение отношений с этой страной Китаю не нужны - слишком уж велика сейчас зависимость КНР от американских рынков. Максимум того, на что в нынешних условиях может решиться КНР, - это сдержанная (и, по большей части, тайная) военная и военно-техническая поддержка Пхеньяна. Едва ли ее хватит для того, чтобы в корне переломить военную ситуацию, но затянуть агонию КНДР и во многом увеличить американские потери такая помощь может.

Еще более серьезные проблемы связаны с отношением к возможному вторжению со стороны Южной Кореи. Формально Север и Юг находятся в состоянии войны. Однако реальная ситуация много сложнее. Южная Корея более не стремится к победе над Севером, отлично понимая, что такая победа будет означать поглощение Севера и его крайне дорогостоящую реконструкцию. Брать на себя затраты на перестройку северокорейской экономики и северокорейского общества Сеул не хочет - причем это нежелание разделяют и элиты, и большинство рядовых южан. В последние годы Южная Корея фактически взяла своего традиционного противника на содержание, стремясь предотвратить неконтролируемый коллапс пхеньянского режима и максимально отсрочить объединение страны.

Кроме того, в случае любого вооруженного конфликта на полуострове наибольшему риску подвергается именно Южная Корея и ее население. Столица страны - Сеул - находится в 30-50 км от потенциальной линии фронта, и примерно треть всего населения Южной Кореи живет в буквальном смысле под дулами северокорейских орудий, в зоне огня крупнейшей в мире артиллерийской группировки (по Сеулу и его пригородам в случае конфликта могут открыть огонь 4-5 тыс. орудий, многие из которых могут поражать даже южную окраину города). Нет сомнений, что полное превосходство американских и южнокорейских ВВС в воздухе позволит быстро подавить все эти батареи. Однако даже если они смогут вести огонь в течение получаса, потери Южной Кореи могут измеряться тысячами убитых.

Кроме того, если Северная Корея сумеет использовать ядерное оружие и средства доставки, это оружие тоже будет, скорее всего, применено против территории Юга

Все это означает, что даже в случае полной и быстрой победы Южную Корею ждут весьма серьезные расходы и социальные потрясения. В том же случае, если боевые действия будут развиваться не очень гладко, пострадает, в первую очередь, мирное население Юга. Понятно, что войны на Юге не хочет никто.

Ситуация осложняется и тем обстоятельством, что с начала 2003 года в Сеуле у власти находится самое левое и самое антиамериканское правительство в южнокорейской истории. Многие из нынешних правительственных чиновников когда-то начинали свою политическую деятельность как активисты студенческого антиамериканского движения, да и сам новоизбранный президент Но Му-хен в молодые годы активно участвовал в кампании за вывод американских войск из страны. Сейчас, превратившись в солидных бюрократов, эти люди занимают куда более умеренные позиции, но в глубине души многие из них относятся к США без особых симпатий.

Впрочем, не хотят войны и на правом, ныне - оппозиционном, политическом фланге. В последние недели вся южнокорейская печать проявляет редкое единодушие и призывает правительство проводить "осторожную" политику, которая позволит найти "мирное" решение нынешнего ядерного кризиса. Показательно заявление, которое сделал в своем выступлении перед южнокорейским парламентом президент Но Му-хен, объясняя свое решение отправить на войну с Ираком саперный батальон и военных врачей. Президент отнюдь не ссылался на неудержимое желанием помочь победе демократии на многострадальной иракской земле и не слишком часто поминал оружие массового поражения, которым якобы Хусейн грозил свободному и цивилизованному миру. С необычной для политика своего ранга откровенностью Но Му-хен разъяснил, что отправка войск необходима для улучшения отношений с США в преддверье возможного корейского кризиса, который, как в очередной раз подчеркнул южнокорейский президент, следует урегулировать мирным путем.

Похоже, Вашингтону будет трудно получить согласие на участие южнокорейских сил в походе на Север. Без такого согласия крупномасштабное вторжение, однако, невозможно. Единственное, что могут предпринять США без полной южнокорейской поддержки - это нанесение точечных ударов по объектам ракетно-ядерного комплекса КНДР (благо, объекты эти хорошо известны и достаточно уязвимы).

Перспективы новой Корейской войны. Окончание.




Страница:

  Copyright © 1998, «NuclearNo.ru»