28.08.2001

Петер Томзен

Stern, Германия

Тайны "Курска"

В гибели подлодки "Курск" повинно ноу-хау немецких инженеров 50 летней давности

Русские всегда хотели быть впереди планеты всей, даже если это было чревато непредсказуемыми, а иногда и вполне очевидными серьезными последствиями. Так произошло и в случае с гибелью атомной подводной лодки "Курск". 50 лет назад российские флотоводцы взяли на вооружение техническую новинку германских инженеров и до сих пор ни в какую не желают от нее отказываться, даже невзирая на ее несовершенство. Натовские адмиралы тоже могли бы прибегнуть к немецкому ноу-хау, но поостереглись: жизнь-то своих матросов дороже.

Работы по подъему трагически погибшей год назад русской подводной лодки "Курск" приостановлены. Далеко на севере, на Баренцевом море, бушуют первые осенние шторма. Они такой силы и мощи, что не позволяют работать водолазам. Удастся ли поднять останки лодки, как это планируется, еще в нынешнем году - сомнительно. По крайней мере, у специалистов уже сложилась ясная картина трагедии "Курска", представляющая собой фантастический детектив со взрывами, захватом торпед и гибелью корабля в 50-е годы, о чем никогда не сообщалось.

Драма "Курска" началась в Экернфьорде, рыбацкой деревушке на побережье Балтийского моря в Шлезвиг-Гольштейне. Во время второй мировой войны в этом захолустье, насчитывающем сегодня 23 000 жителей, находился Центр, где испытывались немецкие торпеды. Начиная с 1940 года, там проходили испытания торпеды Вальтера. Гельмут Вальтер (Hellmuth Walter), авторитетный инженер (1900-1980) изобрел новый вид двигателя, для которого использовалась перекись водорода, представляющая собой нестабильное соединение, выделяющее огромное количество кислорода. По этому показателю данное химическое соединение идеально подходило для подводных лодок, которые лишены естественного притока кислорода. Кроме подводной лодки Вальтера, которая так никогда и не вышла в море, немецкие военно-морские силы испытывали также торпеды с таким двигателем.

Разумеется, для торпед можно использовать и электрическую тягу. Так поступает весь остальной мир. Но руководство немецкого флота тогда надеялось путем беспощадной морской блокады Англии и США спасти свою победу. При этом ставку оно сделало на большую эффективность двигателей внутреннего сгорания.

Принцип работы двигателя Вальтера прост. Дизельное топливо сжигается вместе с перекисью водорода, приводя воду в парообразное состояние. Пар приводит в действие небольшую, но мощную турбину. Такая турбина мощностью 500 л.с., сравнимая по величине с нынешними турбокомпрессорами, разгоняла торпеду весом в тонну до скорости 50 узлов в час, что вдвое превышало скорость боевых кораблей того времени. Турбинную торпеду можно было запускать с удаления девяти километров от цели. По этим показателям она значительно превосходила в то время новые торпеды с электрическим двигателем.

Немецкое чудо-оружие

Когда закончилась война, весь мир бросился копировать немецкое чудо-оружие. Основательнее всех к делу подошла Красная Армия. Следуя "служебным обязанностям", она переправила отвечавшего за торпедные двигатели начальника отдела Испытательного центра в Экернфьорде инженера Курта Лавичка (Kurt Lawitschka) вместе с его сотрудниками на семь лет в Ленинград, где заставила их довести тогда еще ненадежные торпедные турбины до серийного производства. План заключался в доведении их мощности до 800 л.с.

Впрочем, Советы при этом не подумали о коварстве перекиси водорода. Эта дьявольская смесь склонна, говоря на мягком немецком техническом жаргоне, к "спонтанному разложению". Отягощающим обстоятельством при этом является то, что контейнеры с перекисью, в отличие от обычных баков с горючим, никогда не могут находиться в герметично закрытом состоянии. Для них необходим вентиляционный вентиль, поскольку неустойчивая смесь постоянно источает некоторое количество кислорода. Если затем выходящая жидкость приходит в соприкосновение с горючим, она "образует в определенных условиях взрывчатое вещество, которое может взрываться при случайном каталитическом воздействии".

Неудачи следовали за неудачами

Немецких техников, работавших с торпедами, преследовали неудачи. "Взрывы в камере сгорания особенно часто случались в момент запуска и во время работы торпедного двигателя", - пишет в своей книге признанный специалист в этой области Эберхард Ресслер (Eberhard Roessler). Только за первое полугодие 1944 года в ходе испытаний 562 торпед в бухте Экернфьорда военно-морскими силами было зарегистрировано 22 взрыва. В августе 1944 года Центр испытаний был вынужден приостановить работы на несколько недель, поскольку в результате мощного взрыва был разрушен пусковой стенд "Север".

Не остались в стороне от этого опыта и англичане. 16 июня 1955 года на подводной лодке "Сайдон" взорвалась немецкая трофейная торпеда. На военной базе в Портленде во время взрыва погибли 13 человек экипажа. О происшествии стало известно лишь 22 года спустя, когда о нем вскользь упомянул военно-морской справочник, изданный в Лондоне. Англичане после этого оказались по горло сытыми немецким чудо-оружием.

Русские, однако, не позволяли себе расслабляться. В 50-е годы они построили самый мощный в мире подводный флот. У них были большие планы: атаковывать в случае войны из глубин своего главного противника на море - американские авианосцы с их ядерными бомбами. Лодка "Курск" была сконструирована для реализации именно такой стратегии.

Несущие опасность турбинные двигатели

В отличие от западных подводников-торпедистов, которые направляют свои торпеды на объект с боковой позиции, используя для целеуказания звуковую локацию, их русские коллеги практикуют преимущественно атаку по кормовой части объекта, поскольку их торпеды ориентируются по кильватеру объекта противника ("Кильватерный преследователь").

Поскольку торпеда должна настигать вражеский корабль, у нее должна быть максимальная скорость и максимальный радиус действия, по крайней мере, в случае атаки на боевой корабль, скорость которого значительно выше, чем у торговых судов. Это является причиной того, что красные флотоводцы упорно держатся за использование небезопасных турбинных двигателей, тогда как в НАТО вполне удовлетворены менее мощными, но надежными в эксплуатации двигателями с электрическим приводом.

Таким образом, теперь становится ясным, что же произошло на борту "Курска". Через вентиляционный вентиль, который стравливал образовавшийся кислород, просочилась перекись водорода. Она попала в соприкосновение с горючим и взорвалась. Это был первый взрыв, который был зарегистрирован сейсмографами в Осло. Затем возгорелось все топливо торпеды. Процесс горения продолжался две минуты и пятнадцать секунд, пока в огненное пламя в носовой части субмарины не попала и не взорвалась боеголовка находившейся там запасной торпеды. В результате подобного взрыва в таком случае взрываются и остальные боеголовки, о чем знает любой артиллерист.

На 24 торпеды, а это обычный боезапас лодки класса "Оскар", приходятся семь тонн тринитротолуола. Взрыв этой массы был зарегистрирован сейсмографами в качестве второго и значительно более мощного по силе.

"События могли происходить именно так", - подтверждает редактор морского раздела специализированного журнала "Soldat und Technik" Дитер Штокфиш (Dieter Stockfisch). Специалисты все больше и больше склоняются к этой версии.

Разумеется, такой монстр водоизмещением 18 000 тонн, как "Курск", разрушить нелегко. Однако после взрыва нескольких боеголовок спасти его уже было невозможно, поскольку так уж рассчитано, что одной торпеды достаточно для одного корабля. Удивительно, что на борту лодки еще оставались живые.




Страница:

  Copyright © 1998, «NuclearNo.ru»