21.05.2002

Дэвид Филипов, Анна Корнблут

Boston Globe, США

Слабый контроль над ядерным оружием в России

Maксим Шингаркин хотел установить степень безопасности ветшающих ядерных объектов в России. Поэтому однажды в феврале Шингаркин, участник антиядерной кампании российского отделения Гринпис, провел одного российского законодателя и съемочную группу мимо ничего не подозревавшей охраны через заборы в центр якобы тщательно охраняемой запретной зоны в Сибири, где хранится 3000 тонны высокорадиоактивных ядерных отходов. Эти шестеро человек провели на объекте несколько часов, прохаживаясь по протоптанным тропинкам, и ушли незамеченными, засняв на видеокамеру свое пребывание.

"Не было никакой сигнализации, никаких сигналов, никаких видеокамер", - рассказал Шингаркин о своем вторжении на Красноярский горно-химический завод. "Охрана проехала мимо нас несколько раз, и мы проходили мимо сторожевых будок, но притворились, что местные и нас никто не побеспокоил. Группа вооруженных людей могла бы проникнуть, как мы, захватить здание и устроить там взрыв, - сказал он, - это было бы похоже на 100 Чернобылей".

Попытки США на протяжении последних десяти лет остановить поток ядерных технологий из России в такие страны, как Иран, пытающийся, согласно данным Соединенных Штатов, разработать ядерное оружие, наверняка, возглавит повестку дня на встрече Президента Буша с Президентом Путиным в пятницу.

США тратят 5 млрд. долларов на безопасность ядерных объектов

Сотрудничество с Ираном по ядерным вопросам является одной из множества проблем, с которыми Россия сталкивается в сфере не распространения ядерного оружия. Ни у кого нет готового ответа на вопрос о том, как решить проблему безопасности обширной устаревающей ядерной промышленности в России, где даже самые надежные объекты уязвимы к вторжениям, а ядерные материалы могут быть похищены низкооплачиваемыми разочарованными работниками.

Шингаркин, майор в отставке, служивший в войсках, охранявших огромный ядерный арсенал страны, сказал, что знает способ проникновения на особо охраняемый объект по производству плутония в закрытом городе Железногорске. Там при финансировании США была установлена современная система безопасности, но очевидно она не сделала объект неприступным.

"Некоторым удавалось проникать туда не замеченными через вентиляционные люки", - сказал Шингаркин.

С момента окончания холодной войны США израсходовали примерно 5 млрд. долларов на помощь России в обеспечении безопасности своих ядерных материалов и оружия, на разработку обширных программ в Министерстве обороны, Министерстве энергетики и других агентствах США, предоставляющих рабочие места ученым, а также на основное оборудование для охраны, такое как заборы и сигнализации.

Программа Нанна-Лугара, названная в честь двух американских сенаторов, создавших ее в 1991 году, привела к повышению безопасности ядерных объектов и выводу из действия приблизительно 6000 боезарядов и почти 400 межконтинентальных баллистических ракет в России и бывших советских республиках, т.е. оружия, которое когда-то было нацелено на США.

Несмотря на попытки США, стоящие 400 млн. долларов в год, программы Нанна-Лугара обезопасили только часть объектов в России, оставив многочисленные стареющие незащищенные объекты под угрозой диверсий, как утверждают специалисты по ядерной безопасности.

Наибольшие опасения вызывают ядерные материалы, не входящие в оружие и охраняемые гражданскими учеными в отдаленных уголках страны под слабым наблюдением.

"По всей стране находятся десятки объектов, охраняемых людьми, которым не платят месяцами, и учеными, знающими как создать оружие массового уничтожения, но которые не в состоянии прокормить свои семьи", - сказал бывший сенатор Сэм Нанн, демократ от штата Джорджия, который возглавлял Комитет Сената по вооруженным силам и который объединил усилия с сенатором Ричардом Лугаром, республиканцем от штата Индиана, для создания совместной российско-американской программы.

Нанн и Лугар наряду с десятью другими членами Конгресса проводят свою собственную встречу в Москве на этой неделе, приуроченную к саммиту Буша и Путина, частично для того, чтобы напомнить законодателям в обеих странах о существовании данной проблемы.

"Хищения и продажа - это наиболее вероятная угроза", - сказал Нанн. "Я думаю, страна, чьи ядерные материалы окажутся в руках террористических группировок, поставит под угрозу свое собственное существование. Незаконная продажа или кража таких материалов вполне вероятна".

Эта позиция отличается от точки зрения Белого дома. После событий 11 сентября Буш определил страны, пытающиеся изготовить оружие массового уничтожения, а именно так называемые страны- изгои, такие как Ирак, Иран и Северная Корея, как наибольшую угрозу Соединенным Штатам, потому что они могут просто доставить оружие в руки террористам.

"Мы не будем ждать, пока силы, замышляющие массовое убийство, получат оружие массового уничтожения", - сказал Буш в ноябре прошлого года.

Но даже в, казалось бы, изменившейся после 11 сентября эре по мере смещения центра волнений на Средний Восток, Центральную Азию и международные очаги терроризма, более традиционная ядерная угроза продолжает исходить из всё того же источника: России и остального бывшего Советского Союза.

По словам Сергея Митрохина, депутата Государственной Думы, сопровождавшего Шингаркина при проникновении на объект хранения ядерных материалов, федеральное финансирование не выделяется на меры безопасности на большинстве из российских 96 ядерных станций и исследовательских институтов.

По данным США, охраняется только треть запасов

Ситуация не намного лучше на ядерных объектах бывших советских республиках.

Власти Литвы все еще ищут 90 фунтов (приб.42 кг) высокообогащенного урана, которые были похищены с атомной станции Ингалина более десяти лет назад, а этого количества более чем достаточно для изготовления ядерной бомбы.

Так и не были найдены 84 ядерные "портфельные бомбы", о пропаже которых объявил погибший в прошлом месяце в вертолетной аварии бывший губернатор Красноярского края Александр Лебедь еще во время его пребывания в должности советника по безопасности в 1996 году, когда он дал распоряжение провести опись ядерных запасов в России.

На особо охраняемых российских объектах находятся все боезаряды российского арсенала из 30000 единиц тактического ядерного оружия, 1000 тонн высокообогащенного урана и, по крайней мере, 150 тонн плутония, чего достаточно для изготовления 60000 единиц ядерного оружия.

Согласно оценкам правительства США, через программы Нанн-Лугар и им подобные была обеспечена безопасность только одной трети этих запасов. Остальными двумя третями планируется заняться в течение следующих десяти лет, но сейчас они представляют, по словам аналитиков по безопасности, ужасающую дыру в российской системе безопасности ядерных материалов.

За девять месяцев до 11 сентября на одном их заседаний авторитетные представители Конгресса описали риск следующим образом: "Самую большую угрозу национальной безопасности США сегодня представляет российское оружие массового уничтожения или используемые в этом оружии материалы, которые могут быть похищены террористами или враждебными государствами и использованы против американских войск за границей или против граждан на территории страны". Президиум того заседания, возглавляемый бывшим сенатором Хауэрдом Бейкером от штата Теннеси и бывшим советником Белого Дома Ллойдом Катлером, пришел к выводу, что требуется программа в 30 млрд. долларов продолжительностью в 10-20 лет, что составляет гораздо большую сумму, чем США когда-либо хотели выделить.

До 11 сентября Администрация президента Буша планировала сократить финансирование программы Нанна-Лугара примерно на 140 млн. Эта сумма была восстановлена Конгрессом и одобрена после событий 11 сентября. Буш, который в течение предвыборной кампании обещал полностью финансировать программу Нанна-Лугара, предложил полномасштабный бюджет для этой программы на следующий год.

В то же самое время Администрация Буша сообщила Кремлю о возможном сокращении ряда программ помощи по контролю над оружием массового уничтожения и технологиями, потому что США не могли удостовериться в выполнении Россией договоренностей по нераспространению.

В частности, Администрация Буша уведомила Россию что причина этому - отказ России предоставить препарат против сибирской язвы, разработанный российскими учеными и предоставить полную историю десятилетий секретной работы над биологическим и химическим оружием, как заявил один американский государственный служащий в Москве.

Россия отказала западным ученым в доступе к четырем охраняемым военными биологическим лабораториям, где производилось такое оружие. Россия утверждает, что не нарушает конвенции о биологическом и химическом оружии, подписанные в течение последних десяти лет.

Администрация Буша заявила, что попросит у Конгресса отклонения требования отчетности, чтобы продолжить финансирование программ Нанна-Лугара, нацеленных на предотвращение хищения российских ядерных материалов.

Международное агентство по ядерной энергии сообщает о 18 случаях незаконной транспортировки ядерных материалов за последние десять лет, включая перевозку небольших количеств плутония или обогащенного урана, почти всегда из бывшего Советского Союза, но каждый раз материал был перехвачен. В 1998 году группа рабочих закрытого ядерного объекта предприняла попытку похитить более 40 фунтов (приб. 18 кг) урана, пригодного для изготовления оружия.

Ученые Стэндфордского университета составили базу данных почти 700 случаев международной контрабанды ядерных и радиоактивных веществ, которые можно было бы использовать при изготовлении так называемой грязной бомбы (которая вызвала бы массовую панику, но меньше смертей, чем атомная бомба). К этим случаям относится и хищение двух килограмм высокообогащенного урана (около 4,4 фунтов) в бывшей республике Советского Союза Грузии, которые так и не были найдены. Ученые утверждают, что им известно только о части исчезнувших ядерных материалов, принимая во внимание прозрачность границ России в настоящее время.

Кражи и пагубные привычки на рабочем месте

На ленинградской атомной электростанции в Сосновом Бору в 50 милях (70 км) от 4-миллионного Санкт-Петербурга, российской северной столицы, возможности для нарушения правил безопасности очевидны.

По словам Чарльза Диггеса, проводящего исследования для норвежской экологической группы Беллона, недавно один рабочий пришел на объект с оружием, чтобы проверить, сможет ли он его пронести через охрану. Этому человеку удалось пройти.

Как и на других важных российских ядерных объектах, вход объект Сосновый Бор закрыт для всех, кроме персонала. Но после недавней серии краж металла, инструментов и компьютеров Анатолий Волков, руководитель местного отделения милиции, признал, что существующие меры безопасности не могут предотвратить преступлений со стороны работников.

Так как на предприятии не проводится проверка на содержание алкоголя и наркотиков в крови, работники могут пить алкогольные напитки и употреблять наркотические вещества и пользуются этой возможностью. В 1998 два работника умерли от передозировки героина, сказал Олег Бодров, бывший терапевт предприятия и председатель местной экологической группы Зеленый Мир (Green World).

Бодров сообщил, что специалисты на реакторе осознали возможность зарабатывать большие деньги за границей. Десять специалистов уже уехали работать в проектах в Китае, Ираке и Иране.

Это говорит о проблеме, которую не в состоянии решить хорошие заборы и охрана: о возможности ученых продавать свои знания покупателю, предлагающему наиболее высокую цену.

Александр Пикаев, специалист по вопросам нераспространения в московском центре Карнеги, утверждает, что движение Талибан предпринимало попытки нанять ученых из ядерных научно-исследовательских центров в Центральной Азии.

"Человек со знанием ядерной физики 1960-х годов достаточно интересен с точки зрения изготовления бомбы для Талибана".




Страница:

  Copyright © 1998, «NuclearNo.ru»