23.05.2002

Карл Гробе

Frankfurter Rundschau, Германи

России нездоровится

Горькие американские пилюли

Президент России Владимир Путин будет, конечно, встречать своего сверхмогущественного коллегу из США Джорджа Буша (George Bush) в Москве и Санкт-Петербурге с сияющей улыбкой на лице. Это, судя по всему, удастся ему без особого труда. Соглашение о разоружении и входной билет в здание НАТО (даже если и не во внутреннее святилище) можно преподнести российской общественности в качестве весомых успехов. Но сомнительные успехи - это всего лишь сладкая облатка. Американские пилюли, которые вынуждено проглотить кремлевское руководство, очень горькие.

Хорошо, отказ от двух третей всех боеголовок стратегического назначения освобождает Россию от необходимости высоких расходов на их содержание, что сейчас Москве не по карману. Но аналогичное сокращение со стороны США увязано с целым пакетом условий Вашингтона. В нем можно обнаружить: систему противоракетной обороны и концепцию гибкого подхода к ведению войны с применением всех видов оружия, в том числе ядерного и в том числе против стран, ядерным оружием не обладающих. США сохраняют свои варианты, а Россия именно этого-то сделать больше не может. А входной билет в НАТО с запретом на вход на определенные территории лишь в какой-то мере равноценен согласию на расширение НАТО. На нем не указывается, хотя бы петитом, каким же образом будет все же достигаться реальное равенство России с другими.

Россия остается, без сомнения, второй по мощи ядерной державой на Земле. Но есть один нюанс: этого больше недостаточно для политической конфронтации и вряд ли хватит для возражений номеру один. США устроились на военных базах в Узбекистане, Таджикистане, Казахстане и Грузии по-домашнему. Тенденция - нет нечто большее. Заключение, будто Россия пользуется в остальных государствах-правопреемниках СССР таким же влиянием, как и раньше, можно объяснить лишь сильным расстройством зрения или излишней наивностью. Или это заключение от начала до конца нечестно. Растущее влияние США в Казахстане продвигает американскую мощь непосредственно к центральной части России: Новосибирская область - срединная часть Федерации - стала теперь пограничным регионом.

Стратегически важные зарубежные военные базы, такие как станция подслушивания Лурдес на Кубе и военно-морская база в Камрани во Вьетнаме, Россия, следуя реалиям в расстановке сил, оставила добровольно. Это означает отход с позиций мировой политики, поскольку последнюю определяет проекция военного могущества, и сомневаться в этом было бы наивным. США при Джордже Буше расширяют систему своих военных баз и свои позиции в мире, сами определяя правила и меняя их, если, им кажется, что это в их собственных интересах. Мотивы антитеррористической борьбы очень быстро поблекли под броскими, яркими красками политики мировой гегемонии. Но именно антитеррористическая борьба служит российским правительствам в качестве аргумента для обоснования неравного альянса, причем не с 11 сентября, а со времени более раннего.

Здесь даже правительство Путина оказалось заложником действительности. Трансформация чеченского Сопротивления в партизанскую войну с сильным террористическим компонентом - следствие российской интервенции, которая за прошедшее время настолько все опустошила, что кажется больше неправдоподобным, чтобы целое поколение людей могло увидеть альтернативу насильственным действиям. Исламистский мятеж в известных среднеазиатских республиках точно так же вызван частью тамошним наследием (и его продолжателями) господства советской номенклатуры, частью тем, что ему покровительствовали.

На протяжении десяти лет Россия выступала защитником коллективного, властного интереса Каримовых, Назарбаевых и Ниязовых. Между тем, узбекский деспот пришел теперь к выводу, что США могут это делать лучше, что они ставят меньше вопросов и являются потенциальными партнерами в бизнесе на нефти и природном газе. Узбекистан давно вышел из договора о коллективной безопасности, заключенного некоторыми государствами-правопреемниками. Остальные члены блока (Беларусь, Армения, Казахстан, Киргизия и Таджикистан) осторожно поводят носом, когда Россия обращает внимание на себя. В середине мая было сказано ясное "нет" объединенному военному командованию во главе с российским генералом Анатолием Квашниным.

Горькая правда, но что оставалось делать? Риторические заявления Бориса Ельцина о блокировании с Китаем и, возможно, с Индией были с самого начала утопией. Для того, чтобы пойти по особому пути, нет ни транспорта, ни карты. А европейцы оказались готовы вскармливать российского медведя в европейском вольере не в той мере, как на то надеялся Путин. В той трудной, реально существующей ситуации он избрал лучший выход, будучи в какой-то мере обреченным. Именно это подстегивает некоторых критиков.

Во время визита Буша будут бережно обходиться с иллюзией, будто партнерство равного с почти равным возможно. Но опыт последних лет учит, что Вашингтон избавляется от партнера, если от того больше нет пользы, и если тот начинает противоречить. Это логично для одностороннего характера действий, для стратегии опоры только на свои собственные силы и ни на какие иные. Во второй половине постсоветской большой игры Россия находится в обороне. Что ей остается, так это честное, решительное и взаимовыгодное партнерство с Европой, пока того желает Европа. Пришло время подумать.

Перевод: Владимир Синица




Страница:

  Copyright © 1998, «NuclearNo.ru»