11.04.2001

Владимир Кириллов

Здоровье, приложение к АиФ

"Мирный" атом

На вопросы читателей отвечает член-корреспондент РАН, доктор физико-математических наук, лауреат Ленинской и Государственной премий, Герой Социалистического Труда Лев Феоктистов, который более 25 лет занимался разработкой ядерного оружия

- Лев Петрович, чем грозит захоронение ядерных отходов на территории нашей страны населению?

- Ничем не грозит. Можно спрятать их, например, в какую-нибудь гору, и пусть там лежат. Есть места, я консультировался с геологами. Представьте янтарь, а в нем муху. Она же миллионы лет там сидит и никуда не делась и ничего с ней не случилось. Так и отходы, упрятать в стекло, в гору на вечное хранение, никуда они не денутся и никому вреда не причинят.

- В США широко пропагандируется идея захоронения плутония. Как вы к этому относитесь?

- Я усматриваю здесь определенное лукавство. Происходит это под флагом нераспространения ядерного оружия и под аккомпанемент общего скептицизма. В то же самое время США активно скупают уран, в том числе и российского производства. Точно так же, как уже много лет они скупают нефть в Саудовской Аравии, сохраняя в неприкосновенности собственные месторождения, сейчас создают запасы урана, пока мировая линия на развитие атомной энергетики не возобладала и он относительно дешев. Так что высокие соображения о нераспространении ядерного оружия и экологической безопасности - своего рода ширма, создающая выгодный фон для формирования общественного мнения.

- Почему многие выдающиеся ученые, такие, как Зельдович, Тамм, Сахаров, Феоктистов, принимавшие самое активное участие в создании атомной бомбы, рано или поздно покидали свое детище? Приходило осознание того, какого чудовищного монстра в результате создали?

- Что касается моего ухода, то мне стало неинтересно. Я видел, что идет некая игра, игра в дело, которого уже не было. Шли массовые испытания, лишенные какого-либо смысла. Ну присобачили еще одну какую-то фитюльку, что от этого меняется? Зачем испытывать? Результат-то давным-давно известен.

- Вы принимали непосредственное участие в испытаниях атомных бомб?

- Много раз. Особенно запомнилось испытание первой водородной бомбы, мощностью в полторы мегатонны, в 1955 году. Мы, наблюдатели, находились в 26 км от эпицентра взрыва. Увидев вспышку, обрадовались, поздравлять друг друга начали. Прошло где-то полторы минуты, и нас накрыла ударная волна, расшвыряла всех в разные стороны так, что кубарем летели. В центре Семипалатинского полигона, помню, все стекла повыбивало и почему-то вывернуло все унитазы. Осознание того, что взрыв атомной бомбы это что-то ужасное, сравнимое со столпотворением, адом, пришло позже.

- Лев Петрович, ваше мнение: сколько нужно иметь бомб такому государству, как Россия?

- Видите ли в чем дело, одна из идеологических прорех так называемых сторонников ядерного вооружения как раз и состоит в том, что ни один человек не может определить или обоснованно доказать, сколько на самом деле надо этих бомб. Одни говорят, что и одной бомбы хватит, другие, что и сорока четырех тысяч мало. 44 тысячи! У нас даже такого количества носителей не было. Сейчас говорят, что осталось всего полторы тысячи бомб. Однако определяется это количество вовсе не расчетами стратегов, а возможностями государства. Поэтому единственный логический ответ на вопрос: сколько нужно бомб, напрашивается сам собой - ноль. Вместе с тем необходимо понимать: освоение ядерной энергии - величайшее достижение человеческого разума. Открытие состоялось, оно не может исчезнуть. Только нужно научиться его использовать не во вред, а на пользу человеку. Не так давно мне довелось стать свидетелем и участником опроса телезрителей. В прямом эфире был задан вопрос: "Открытие ядерной энергии для общества - благо или вред?" Голоса разделились поровну. И дело здесь, видимо, в том, что у ядерной энергии две ипостаси, две "родовые" функции: военная - разрушительная и энергетическая - созидательная. Чтобы непредвзято оценить роль атомной энергии в общем энергопроизводстве, попытаюсь развеять некоторые распространенные предубеждения. Например, такое: при извлечении урана из недр и, наоборот, при захоронении радиоактивных отходов происходит нарушение глобального радиоактивного равновесия. Это действительно так, однако ядерная энергия не является в этом отношении каким-то исключением. Любое вмешательство человека в природу нарушает равновесие. Мы не можем обойтись без электроэнергии, а ведь за каждым киловаттом, выработанным гидроэлектростанцией, - пересохший Арал, подтопленные города и поселки, бьющиеся о каменные глыбы Волгоградской ГЭС осетры... Неверным, по крайней мере в своем абсолютном выражении, являются заявления, якобы ядерная энергия "не от Бога", что она противоестественна, что человек, как, впрочем, и все живое, в своем развитии не приобрел защитных инстинктов против радиации. На самом деле вся наша жизнь пронизана радиацией. При этом естественный фон может меняться в 2-3 раза в зависимости от суточных, сезонных, солнечных вариаций. На Земле есть места (юго-западное побережье Индии, Атлантическое побережье Бразилии), где радиоактивный фон в 10 раз превосходит средний из-за песков-монацитов, содержащих радиоактивный торий. Кроме естественного фона, как бы постоянной составляющей, есть и индивидуальная для каждого человека, зависящая от конкретного жилья, частоты обращений в медицинские учреждения, ряда других факторов. Таким образом, можно сказать, что мы живем в условиях радиации, адаптировались к ней. Более того, по мнению некоторых ученых, именно радиация является источником генных мутаций, лежащих в основе развития всего живого.

- И все-таки у "мирного" атома очень много противников. Атомные электростанции нередко называют минами замедленного действия. Взять хотя бы чернобыльскую трагедию.

- Действительно, многим кажется, что Чернобыль доказал несостоятельность атомноэнергетической концепции. Однако любое сложное производство связано с риском. Возьмем в качестве примера аварию на одном из предприятий химической промышленности в Индии - произошла утечка газа, погибли 2,5 тысячи человек, пострадали сотни тысяч. Почему-то о таких авариях забывают, когда говорят о ядерной энергетике. Приводя и комментируя различные доводы "за" и "против" ядерной энергетики, я никоим образом не ставлю своей целью хоть как-то приуменьшить потенциально существующую радиоактивную опасность. Я лишь хочу подчеркнуть, что у ядерной энергии нет той исключительной опасности для людей, которую ей порой приписывают. Кыштымская авария произошла у меня на глазах. Там, где прошло радиоактивное облако, на самом деле сложилась опасная обстановка, пришлось даже часть людей отселять. Но что оказалось в результате? По всем медицинским показателям, включая статистику по раку крови, раку легких и т.д., положение в якобы пострадавших населенных пунктах оказалось лучше, чем в отдаленных деревнях и селах. Почему? Потому что государство проявило заботу, и к деревням, где прежде не видели ни одного врача, было приковано пристальное внимание, люди регулярно проходили медицинские обследования.

- Почему же передовые страны склоняются к тому, чтобы закрывать атомные электростанции. Англия не так давно объявила о закрытии 5 АЭС?

- А вот Франция отказаться от атомной энергии, даже если очень захочет, уже не сможет. 75 процентов электроэнергии, которая питает Францию, - атомная. Да что там Франция, даже Россия, несмотря на какие-то жалкие 12 процентов, не может отказаться от атомной энергии. В чем преимущества атомной электростанции? В топливе. Причем я настаиваю на этом экологически чистом топливе. Представьте стандартную гигаваттную станцию. Чтобы ее напитать, нужна всего одна тонна урана в год, что эквивалентно миллионам тонн угля или нефти. При сгорании этого миллиона тонн в окружающую среду выбрасываются сотни тысяч тонн тяжелых металлов. Вот о чем следует беспокоиться. Атомная же станция не выделяет СО2, не поглощает кислород.

- Просто идиллическая картина.

- При намечающемся ядерном разоружении может высвободиться от одной до двух сотен тонн кондиционного (военного) плутония и несколько тысяч тонн урана-235. Раньше над каждым килограммом плутония дрожали, сделал новую бомбу с экономией плутония на 20 процентов - правительственная награда. А сейчас этого плутония завались. Возникает вопрос, куда это богатство девать? Складировать, приставлять многочисленную охрану, закапывать в землю? При нашей-то бедности?

Поэтому повторю, единственная, на мой взгляд, возможность избавиться от плутония - использовать его как топливо в атомных станциях. Знаете, на сколько хватит наших запасов этого топлива? На несколько тысяч лет.

- Много говорят в последнее время об альтернативных атомным станциям источниках электроэнергии.

- Давайте и мы поговорим. Я был в Ливерморе, там расположен атомный центр Америки, так вот когда подъезжаешь к нему, замечаешь, что на холмах расположено огромное количество ветряков. Очень хорошего качества ветряки. Размах винта-пропеллера - десять метров. Спрашиваю у американцев: ну как, довольны их работой? Крутится-то они крутятся, отвечают, но ничего не производят. Иными словами, их производительность измеряется в киловаттах. То есть, чтобы заменить одну стандартную гигаваттную атомную станцию, нужен миллион таких ветряков. То же самое относится и к солнечной энергии - дорого и неэффективно. Не существует альтернативы атомной энергетике и вряд ли когда-нибудь появится, а если мы на секунду представим, что рано или поздно запасы органического топлива будут исчерпаны, то...

- То мы все будем жить в постоянном страхе перед новой аварией?

- У меня нет сомнения, что вместе с исчезновением ядерного оружия ядерная энергия, напротив, будет проникать внутрь цивилизованного общества в виде тепла, электричества, медицинских изотопов и т. д. Будет врастать в нашу жизнь как энергия экологически наиболее чистая, с практически беспредельным сырьевым ресурсом. Однако какие бы слова и заклинания не произносились, общество не примет ядерную энергетику, если не будет уверено в полнейшей ее безопасности. К сожалению, вынужден констатировать, что в освоении ядерной энергии мы оказались не в конце пути, как казалось до чернобыльской трагедии, а где-то в самом начале. И все равно я убежден, ученым удастся создать абсолютно безопасный реактор, который ни при каких неконтролируемых ситуациях не создаст радиоактивного загрязнения вне пределов реакторного зала, реактор, в котором аварийная ситуация будет гаситься не усилиями оператора, а автоматически, и уже в конце двадцать первого века атомная энергетика станет такой же привычной и необходимой для человека, как электричество в конце двадцатого.

Глазами американцев Помощник министра энергетики США Эрнест Дж. Мониц: "США не согласятся ни с каким проектом, предусматривающим переработку в России ядерного топлива американского происхождения".

Тобиас Муэнхмайер, эксперт по ядерной энергетике "Гринпис Интернэшнл", скептически относится к обещанию отложить около 3 миллиардов долларов на решение экологических проблем. "Даже если они и потратят все эти деньги, - говорит он, - это не так уж много. Правительство США зарезервировало 100 миллиардов долларов для очистки куда менее загрязненных мест".




Страница:

  Copyright © 1998, «NuclearNo.ru»