03.04.2001

Владимир Губарев

Труд - "Деловой вторник",

А вода там тяжелая...

Академики предупреждают о радиоактивной заразе в центре России

Академики предупреждают о радиоактивной заразе в центре России Странное ощущение рождается у каждого, кто оказывается на этой плотине. Перед тобой огромное озеро, берега проглядываются с трудом... Это самое опасное место не только на Урале и в нашей стране, но и на всей планете!

Гигантская масса радиоактивной воды, собранной в этом водоеме, готова сорваться вниз и заполонить реки и долины Обской системы - от Челябинска и до Ледовитого океана. И лишь тоненькая нить насыпанной наспех земляной плотины отделяет нас от беды. Летом здесь много уток. Они не боятся людей. Будто знают, что охотиться на них все равно никто не станет. Так же, как и ловить рыбу, что развелась в водоеме в несметных количествах, Даже самые отчаянные добытчики не польстятся, ибо и дичь, и рыба, и вода - все здесь отравлено, все излучает (в буквальном смысле!) смертельную опасность.

Впервые я побывал в запретной зоне несколько лет назад вместе с главным инженером комбината "Маяк" Александром Петровичем Сусловым. Он и рассказал мне, как появился этот водоем:

- В 1949-1951 годы наши предшественники думали, что, сбрасывая среднеактивные отходы в реку Теча, они сумеют "разбавить" их: мол, пока вода дойдет до Ледовитого океана, она очистится. Однако природу не обманешь: в основном вся "активность" осталась вблизи места сброса. Те, кто рассчитывал на "авось", ошиблись, а природа и люди, здесь живущие, заплатили за эту ошибку самой дорогой ценой. Вдоль реки расположено много населенных пунктов, и очень многие жители пострадали. Причем, если во время известной аварии 1957 года максимальные дозы у пострадавших составили порядка 50-55 рентген, то здесь эти "порции" оказались куда выше. У многих жителей поселков был поставлен диагноз: острая лучевая болезнь. Всего пострадали около 900 человек...

Потом поняли, что сбрасывать зараженные отходы в реку нельзя, начали возводить плотины. Так и возник Теченский каскад водоемов: четыре плотины, четыре водоема - два ма-леньких, но два весьма солидных. И сейчас развитие событий зависит от Бога. Если количество осадков превышает испарение и фильтрацию, то водоем "пухнет". И напротив, при недостатке осадков берега оголяются, и тут уж смертельно опасны ветры, переносящие заразу. Есть проект, каким образом обезопасить страну от беды. Но финансировать его должно федеральное правительство. Ни у "Маяка", ни у области таких денег нет. Речь идет о двух миллиардах долларов...

Нет, не ведаем мы, что творим! В то время, как начинается весна и приходит половодье, в Москве собирается совещание правоохранительных органов, и на нем спорят: 25 миллиардов долларов утекает за границу ежегодно или вдвое больше? А в Госдуме обсуждается поправка к закону о ввозе отработанного ядерного топлива (по сути, тех же отходов). Хранить их, кстати, предполагается до переработки (полвека!) в районе все того же самого водоема. Который не сегодня завтра может вырваться из запретной зоны, огороженной лишь колючей проволокой и хилой плотинкой, и понести смерть дальше - в Течу, Тобол и Обь.

Понимаем ли мы, что это действительно страшная беда, способная уничтожить, опустошить богатейший район России, омертвить его на долгие годы и десятилетия? Похоже, нет. Слушаем побасенки специалистов от Минатома, которые обещают часть денег, полученных от ввоза зарубежного топлива, пустить на "оздоровление экологической ситуации на Урале"! Можно не сомневаться, чем закончится вся эта история. Притащим и складируем горы чужих отходов (у нас свои-то девать некуда, ждут очереди на переработку). Деньги ухнут в бездонные колодцы. Кого-то с годами, может, посадят, остальные инициаторы уйдут на заслуженный отдых. Ищи-свищи... Останутся только воспоминания и ядерная свалка.

А что же с этим озером? Идут годы, обещаний много, но по-прежнему весенние воды подмывают земляную плотину, водоем переполняется... В прошлом году от катастрофы отделяло всего 63 (шестьдесят три!) сантиметра - именно столько не хватило весеннему половодью, чтобы прорвать плотину. Но в этом году снегов в два раза больше, будут ли Бог и природа опять снисходительны к России? Били тревогу работники "Маяка", обращались в правительство. К их просьбам присоединились и ученые РАН, в том числе и вице-президент академик Н.П.Лаверов, который чрезвычайно озабочен ситуацией на Урале. Но от правительства - ни слова в ответ! Сейчас группа ученых уехала на "Маяк", но что они способны сделать, если стихия разгуляется?

Приведу мнение Евгения Гордеевича Дрожко - ученого, который лучше всех знает ситуацию на "Маяке", так как всю сознательную жизнь занимался экологической безопасностью комбината:

- Отсутствие финансирования по Южно-Уральской АЭС, прекращение ее строительства поставили нас в страшное положение. И с каждым годом оно только усугубляется. Мы не можем стабилизировать радиационную обстановку в районе реки Течь. Комбинат подпитывает водоемы нуклидами. Когда отравленная вода перельется через край, создастся аварийная обстановка, убежден, деньги сразу же найдутся. Но их тогда потребуется гораздо больше, чем сегодня...

Нынешней весной много разговоров вокруг Минатома. Его представители мелькают на телеэкранах, газеты публикуют пространные интервью с министром и депутатами, лоббирующими интересы атомного ведомства в Государственной Думе. Вот и нового министра назначили вместо Адамова... Но в словах тонет понимание катастрофического положения российской атомной отрасли. Впрочем, об этом было сказано весьма точно еще Плутархом: "Болтун хочет заставить себя любить и вызывает ненависть... Служит своим врагам и все это на свою погибель". К сожалению, радиация не разбирает, где правые, а где виноватые.




Страница:

  Copyright © 1998, «NuclearNo.ru»