19.02.2002

Арджун Макхиджани

Washington ProFile

Сейчас мы наблюдаем наиболее неудачный пример развития отношений России и США со времен "холодной войны"

Арджун Макхиджани (Arjun Makhijani), президент Института Исследований Энергетики и Окружающей Среды (Institute for Energy and Environmental Research (США), один из наиболее известных специалистов США в сфере ядерной безопасности.

Вопрос: Как Вы оцениваете отношения между США и Россией, складывающиеся после терактов11 сентября?

Макхиджани: Россия разрешила использование ее воздушного пространства американскими военными самолетами, одобрила создание американских военных баз в Средней Азии. Состоялись позитивные переговоры России и НАТО, но они не привели ни к каким определенным результатам.

Я думаю, что уступки оказались в значительной степени односторонними. В частности потому, что США вышли из Договора о противоракетной обороне. С моей точки зрения, это наиболее неудачный пример развития отношений России и США со времен "холодной войны". Во времена Горбачева появились огромные надежды на то, что отношения между двумя странами начнут укрепляться. Однако потом этот процесс существенно замедлился.

Вопрос: Вам принадлежит утверждение, что подписания договоров недостаточно, чтобы уменьшить ядерную опасность в мире...

Макхиджани: Однако это не означает, что международные соглашения бесполезны. Это две абсолютно разные вещи. Я считаю, что договоры сами по себе не приводят к разоружению.

Ядерное оружие - очень значительная величина. Атомная бомба стала валютой в политике, начиная со времен Хиросимы. Державы, обладающие ядерным оружием - США, Россия, Великобритания, Франция, Китай, Индия, Пакистан и, в скрытой форме, Израиль - продолжают настаивать на том, что что ядерное оружие является козырем в международных отношениях. Известно, что в Совете Безопасности ООН заседают лишь определенные страны - "постоянные члены Совета Безопасности" - и все они обладают ядерным оружием.

Поэтому, несмотря на все изменения, которые происходят в мире, я не думаю, что произойдет всеобщее ядерное разоружение. Исходя из этого, лично я не борюсь за подписание новых соглашений о ядерном разоружении, потому что считаю, что отсутствуют политические условия для этого.

Вопрос: Нынешние благожелательные отношения между Россией и США способствуют ядерному разоружению?

Макхиджани: Сейчас президент Буш говорит о возрастании опасности со стороны ядерного оружия, о необходимости сокращения ядерных арсеналов и т.д. Многие его советники очень тепло относятся к идее заключения соответствующих многосторонних соглашений. Однако они думают о том, что ответственность должна лежать на многих государствах, что это не должен быть односторонний интерес. Впрочем, такой подход - суть любого договора. Поскольку если одна сторона, заключающая договор, предполагает с его помощью зафиксировать своё превосходство, то такой договор будет нежизнеспособным.

В начале правления Буша я надеялся на начало процесса ядерного разоружения, ныне я скептически отношусь к подобной возможности. Потому что, с одной стороны, Буш заявляет о необходимости демонтировать ядерные вооружения, а в это же время его советник по национальной безопасности Кондолиза Райс говорит, что этого не произойдет. Ядерные боеголовки США будут складированы, а не уничтожены.

Я думаю, что необходимо вернуться к идее России о том, что соглашение о сокращении ядерных арсеналов не должно заключаться лишь в крепком рукопожатии и подписании какой-то бумажки - это должен быть полноценный договор об уничтожении оружия. Президент Путин сделал хорошее предложение о сокращении количества ядерных боеголовок до 1.5 тыс. и уничтожении остальных. Я думаю, что президент Путин должен заинтересовать в своем предложении мировое сообщество и ООН. Стратегические ядерные вооружения должны быть полностью уничтожены и этот процесс должен идти под многосторонним контролем.

Кроме того, мы должны отказаться от концепции "ответно-встречного удара", при котором стратегическое ядерное оружие может быть использовано немедленно. Только две страны мира - США и Россия - в своей военной доктрине используют такую концепцию. Президент Путин должен заявить, что готов отказаться от нее.

Вопрос: Как к этому могут отнестись США?

Макхиджани: Я думаю, что нынешняя американская администрация, особенно в контексте войны с террором, крайне чувствительна к международному общественному мнению. Кроме того, США сейчас очень зависят от своих союзников в Европе, от Индии, от России, от Японии. И под давлением международных партнеров, администрация Буша возможно изменит свою точку зрения на этот вопрос.

Разоружение должно быть многосторонним. Если вы разоружаетесь в одностороннем порядке, то вы не знаете, что случится в будущем. В прошлом ядерное оружие было использовано против противника, который не обладал ядерным оружием. Большинство стран мира не в восторге от того, что по крайней мере одна из ядерных супердержав не сократит свой ядерный арсенал полностью.

Разговоры о новых террористических угрозах никак не связаны с сокращением стратегических ядерных вооружений. Это отдельный вопрос, который должны решать США и Россия, а для того, чтобы решить его им необходимо отказаться от стратегии "ответно-встречного удара". Действия России здесь зависят от того, как президент Путин оценивает задачи российской политики и насколько он видит необходимость апелляции к международному сообществу. США, как мне кажется, пытаются сохранить для себя максимальную возможность маневра в области ядерной стратегии. И я не думаю, что учитывая экономическую и военную силу США, они очень заинтересованы производить какие-либо изменения в своей политике. Только мировое сообщество может повлиять на них.

  • США великая страна, которая была создана на основе великого принципа верховенства закона. Но это не дает права быть одновременно полицейским, прокурором, судьей, присяжным и палачом.
  • Государства должны действовать по отношению друг к другу, как члены одной семьи. Если ты кого-нибудь на самом деле любишь в своей семье, ты безусловно должен видеть его хорошие качества. Но ты также должен видеть и дурное, чтобы помочь ему осознать свои недостатки и исправить их.
  • Вопрос: Как теракты 11 сентября повлияли на политику нераспространения оружия массового уничтожения?

    Макхиджани: Во-первых, что эти теракты увеличили симпатии к процессу ядерного разоружения. Во-вторых, нераспространение оружия массового поражения очень важно для европейцев, очень важно для американцев и очень важно для русских. И оно приобретает все большее значение в контексте проблемы терроризма. Я не считаю, что ядерное оружие должно быть основой военной стратегии любой страны, включая Россию, США, Индию и Пакистан. Это слишком опасно.

    Мы работаем в сфере нераспространения много лет и постоянно твердим: "Пожалуйста, аккуратно храните и охраняйте ядерные материалы. Пожалуйста, ведите их учет. Пожалуйста, храните ядерные материалы так, чтобы их нельзя было украсть". Мы считаем ядерный терроризм огромной проблемой. Бен Ладен продемонстрировал, что у него были ядерные амбиции, весь мир должен понять, какое огромное внимание он обязан уделить учету, контролю, производству, охране ядерного оружия, технологий и материалов. Это важно не только для Индии и Пакистана, но и для США, России, Германии, Китая.

    Теракты 11 сентября продемонстрировали, что негосударственные группы могут использовать ядерные и радиоактивные материалы для достижения своих целей и мне не кажется, что мы полностью понимаем всю опасность этого.

    Вопрос: Россия остается главным источником утечки таких материалов?

    Макхиджани: Это зависит от того, кто пытается их приобрести. Я думаю, что наиболее вероятный источник приобретения таких материалов находится внутри страны, а не за ее пределами. И может быть дано очень много определений - кто находится внутри, а кто по ту сторону государственных границ.

    Конечно, Россия - один из возможных источников подобных утечек: после окончания "холодной войны", из-за экономических трудностей и т.д. это сделать более просто, чем в советское время. Но мне не кажется, что мы должны думать о России, как о единственном возможном источнике для подобных утечек.

    Существует возможность террористических атак на коммерческие предприятия, которые используют плутоний. Многие государства - Франция, Новая Зеландия, Франция - имеют хранилища плутония. Многие используют плутоний в качестве топлива для атомных электростанций. Большое количество ядерного топлива перевозится по воде или по земле. Эти материалы могут быть похищены и их легко превратить в настоящее атомное оружие. Это показывает, насколько важно поддержание режима нераспространения в мировом масштабе.

    Вопрос: Что Вы думаете о заявлении президента Буша об "Оси Зла", к которой он отнес Иран, Ирак и Северную Корею?

    Макхиджани: Я не был удивлен перечнем стран, но поразился резкости этого выступления и предупреждению, что США готовы действовать.

    Борясь с терроризмом США пошли по очень сложному и опасному пути. После 11 сентября все мы поняли, что терроризм стал громадной общемировой проблемой. Однако мы смотрим на это сквозь единственную линзу: военные операции США и борьбу с финансированием террористических организаций, которая также ориентирована на США. Я думаю, что такой односторонний взгляд неверен - многие страны воюют с терроризмом. Конфликт между ядерными державами Индией и Пакистаном, вызванный террористическими актами, показывает, к каким ужасным последствиям все это может привести и насколько сложно действовать в этом направлении.

    Я публично возражал против того, что Иран занесен в перечень государств, входящих в "ось зла". Иран постоянно сотрудничает с Международным Агентством по Атомной Энергии (МАГАТЭ). Официальные лица США заявляют, что у них есть доказательства того, что Иран имеет военную ядерную программу - возможно это правда, и у Ирана есть подобные амбиции. Но я не думаю, что угроза применения военной силы против независимого государства, в нарушение имеющейся системы международных соглашений, это тут путь. которым должен идти мир в борьбе с терроризмом. Безгрешных государств не существует.

    США великая страна, которая была создана на основе великого принципа верховенства закона. Но это не дает права быть одновременно полицейским, прокурором, судьей, присяжным и палачом. Махатма Ганди говорил, что государства должны действовать по отношению друг к другу, как члены одной семьи. Если ты кого-нибудь на самом деле любишь в своей семье, ты безусловно должен видеть его хорошие качества. Но ты также должен видеть и дурное, чтобы помочь ему осознать свои недостатки и исправить их.

    Вопрос: Что могут США предложить России, чтобы улучшить отношения между двумя странами?

    Макхиджани: Россия должна сама показать, в чем она заинтересована. Я отчетливо вижу, что за последние два месяца - после краткого "медового месяца" после 11 сентября - ситуация в американо-российских отношениях существенно ухудшилась. Это очень плохо. Я уверен, что дружеские российско-американские отношения, подлинная дружба между народами двух государств благотворно скажется на ситуации во всем мире.

    Но как этого достичь? - Это очень сложный вопрос. Я думаю, что для этого требуются экстраординарные усилия, результат не будет достигнут рутинными действиями. И я убежден, что ответ будет найден и отношения между Россией и США приобретут тот характер, который необходим обоим странам и всему миру.

    Вопрос: А нынешние отношения не гарантируют такого прорыва?

    Макхиджани: Хорошие союзы не выглядят так, как этот. Отношения должны улучшаться и после окончания "медового месяца".




    Страница:

      Copyright © 1998, «NuclearNo.ru»