04.09.2013

Питер Бейкер (Peter Baker)

The New York Times & InoPressa.ru

Американо-российские отношения не дотянули до целей "перезагрузки"

За несколько дней до возвращения Владимира Путина в Кремль президент США Барак Обама отправил в Москву своего советника по национальной безопасности Тома Донилона, пишет журналист The New York Times Питер Бейкер.

Президент США выстроил неплохие отношения с Дмитрием Медведевым и надеялся на развитие достигнутых успехов.

Однако все надежды испарились, как только Путин принял Донилона, говорится в статье. "Когда вы начнете бомбить Сирию?" - спросил он прямо с порога американского посланника.

Та встреча задала тон новой главе в российско-американских отношениях, развязка которой наступит на виду у всего мира на саммите "Большой двадцатки" в Санкт-Петербурге.

В прошлом году Обама не собирался бомбить Сирию, однако 31 августа он высказался в пользу военной операции против вооруженных сил сирийского режима. Несмотря на то, что предлогом для отмены двусторонней встречи Путина и Обамы стало решение Москвы укрыть беглого компьютерщика Агентства национальной безопасности США Эдварда Сноудена, в основе раскола между Россией и США лежит разница мировоззрений, обнаружившаяся в споре о Сирии, уверен автор статьи.

История предпринятой администрацией Обамы "перезагрузки" отношений с Россией демонстрирует, как на смену импульсивному идеализму первого срока пришло разочарование второго мандата.

Когда в апреле 2009 года Обама прибыл на встречу лидеров G20 в Лондон и впервые встретился с Дмитрием Медведевым, он явно ожидал большего. У двух президентов нашлось много общего - оба были лидерами нового поколения, оба получили юридическое образование, оба были скорее прагматиками, нежели идеологами.

Несмотря на то, что Путин по-прежнему оставался доминирующей фигурой в российской политической жизни, Обама решил выстраивать отношения с Медведевым, рассчитывая, что тот в итоге обретет настоящую власть.

Совместными усилиями президенты сумели добиться некоторых успехов: были достигнуты договоренности о переброске американских военных грузов в Афганистан через Россию, Москва одобрила более жесткие санкции ООН против Ирана, спустя 20 лет Россия наконец вступила в ВТО, кроме того, был подписан новый Договор о сокращении наступательных вооружений, напоминает Бейкер.

Поворотный момент настал в марте 2011 года. Обама решил принять участие в ливийской кампании и убедил своего российского друга не блокировать резолюцию в Совбезе ООН. Узнав об этом, Путин пришел в ярость, которая только усилилась после того, как гуманитарная миссия закончилась сменой режима.

"Русским казалось, что в Ливии их развели как идиотов, - рассказывает экс-министр обороны США Роберт Гейтс. - Они клюнули на приманку и обманулись. Я тогда сказал, что мы ни за что на свете не добьемся от них сотрудничества в будущем".

В сентябре 2011 года Обаму проинформировали, что весной следующего года президентское кресло вновь займет Путин.

"Мы сделали много важных вещей, однако, поскольку теперь мы имели дело с другим мировоззрением в Кремле, с другим набором установок, все должно было значительно усложниться", - описывает положение, в котором оказалась американская администрация, бывший посол США в Москве Джон Байерли.

Так оно и вышло. Массовые акции протеста рассердили Путина, и он обвинил в них Хиллари Клинтон. После выборов антиамериканская риторика не прекратилась: прибывший в Москву новый американский посол Майкл Макфол подвергся невиданным прежде нападкам, сообщается в публикации.

Встреча Донилона и Путина в мае 2012 года длилась три часа, однако центральной темой была все та же Сирия. Было ясно, что Путин считает действия американцев в Леванте, а также незаконные, с его точки зрения, военные операции в Косово, Ираке и Ливии звеньями одной цепи. "Он был одержим идеей о том, что мы никогда не получим новую Ливию", - делится впечатлениями сам Донилон.

Российский президент объяснил, что не в восторге от Асада, но считает его оплотом борьбы с радикальным исламизмом, что сближает сирийского лидера с самим Путиным, сражающимся с джихадистами на Северном Кавказе.

После встречи Путина и Обамы на саммите G20 в мексиканском Лос-Кабосе, которая также прошла под знаком Сирии, глава Белого дома стал активно готовиться к переизбранию, а российский президент - закручивать гайки внутри страны.

В мае 2013 года на фоне протестов против нового закона, запрещающего в России гей-пропаганду, в Москву прибыл Эдвард Сноуден, нанеся "перезагрузке" последний сокрушительный удар.

В администрации главы Белого дома пошли разговоры об отказе от предложенной Обамой двусторонней встречи в Москве. Когда же Москва решила предоставить бывшему подрядчику АНБ убежище, споры прекратились, пишет Бейкер: впервые с 1960 года встреча лидеров США и России была отменена.

По словам Гейтса, усилия Обамы были искренними, а в неудаче виноват исключительно Путин. "Он зациклен на потерянном могуществе, потерянной империи, потерянной славе, - утверждает бывший глава оборонного ведомства. - Будет очень сложно двигаться вперед, пока он на своем месте".

В команде американского президента признают, что захвалили "перезагрузку". Ее целью не было превращение России в демократию американского типа и устранение всех разногласий без исключения. "Должно быть, мы переоценили аспект взаимных интересов", - приводит Бейкер слова одного из чиновников американской администрации.




Страница:


  Copyright © 1998, «NuclearNo.ru»