25.06.2010

Анатолий Иванов

Литовский курьер & InoSmi.ru

Прибалтика в эпоху атомного ренессанса

По мнению Литвы, Балтийский регион в недалеком времени станет ядерно-избыточным

Литва планирует строительство Висагинской АЭС. Россия активно строит Балтийскую АЭС в Калининградской области. Беларусь определилась с площадкой для станции и начала строительство АЭС в Островце. Польша также намерена построить собственную станцию, хотя ее представитель признала, что этот вопрос пока не стоит в повестке сегодняшнего дня.

Для обсуждения сложившейся ситуации была организована конференция "Региональные проекты ядерной энергетики", в которой участвовали представители всех заинтересованных сторон, чиновники МАГАТЭ и Европейского союза, представители экологических движений, политики и госслужащие.

Первый блок Балтийской АЭС в Калининграде планируется пустить в 2016-м, второй - в 2018 году. Беларусь пуск первой очереди АЭС анонсирует этими же временными рамками. АЭС в Висагинасе планируется подключить в 2018-2020 годах.

Без комментариев очевидно, что Литва по времени серьезно отстает от коллег-конкурентов. При этом, отвечая на вопросы журналистов, глава нашего кабмина Андрюс Кубилюс однозначно заявил участникам конференции, цитируем:

- Мы не рассматриваем возможность закупок электроэнергии у России. Мы развиваем собственный проект, и только это нас заботит. Реализацией других проектов мы занимаемся лишь в той степени, в которой у нас вызывает озабоченность их экологическая безопасность, - конец цитаты.

Прежде, чем перейти к отчету о работе конференции, предлагаем читателям небольшое, но, на наш взгляд, интересное исследование.

Пометки на полях

Единственным положительным сегментом на фоне энергетической зависимости Литвы от России до недавнего времени был сегмент производства электроэнергии. Благодаря Игналинской АЭС, доставшейся республике после распада СССР и вырабатывавшей более 70% потребляемых мощностей, литовская сторона в этом вопросе в контексте любых переговоров чувствовала твердость своих позиций. Однако ИАЭС в конце минувшего года пришлось закрыть по требованию Европейского союза. Даже несмотря на тот факт, что соответствующие департаменты МАГАТЭ признали: Игналинскую станцию безопасно эксплуатировать еще не менее десяти лет.

Можно однозначно утверждать: Брюссель вынудил Литву закрыть станцию, производившую самую дешевую энергию в Европе, толкнув таким образом страну-члена Европейского союза к полной зависимости от поставок энергоносителей из недружественной Вильнюсу и непредсказуемой России.

Нравится это или нет, но Москва и сегодня остается основным источником энергетики, импортируя от 2,5 до 5 тераватт электроэнергии в год. Всего Литва потребляет порядка 10 тераватт. В свое время планировалось заменить российские источники на украинские, но в таком случае электроэнергия должна пройти через Беларусь. А эксперты уже заявили о небольших пропускных возможностях белорусских линий электропередач. Кроме того, существует и политический аспект - передача украинской электроэнергии через Беларусь опять же зависит от уровня отношений Вильнюса и Минска. Он всегда был далек от идеального, поскольку Литва многие годы занималась экспортом демократии в соседнюю страну, что официальному Минску совершенно неприемлемо.

Думается, во время намеченного на конец июня визита литовского премьера в Беларусь тема энергетики будет приоритетной. И не только в формате белорусского транзита, но и в контексте строительства белорусской АЭС прямо у литовской границы, в пятидесяти километрах от Вильнюса. Впрочем, подробнее к этой мысли мы вернемся чуть ниже.

Пока решаются вопросы с поставками, Литва недостающую часть электроэнергии вырабатывает на собственных ТЭС на российском газе. Таким образом, практически вся электроэнергия в Литве вырабатывается за счет российских ресурсов.

Наконец, нельзя забывать того факта, что энергетическая система Литвы со времен СССР намертво спаяна с энергосистемой России. И, по словам литовских экспертов, без России энергосистема Литвы вообще не может существовать. Разговоры о том, чтобы включить Литву в единую энергосистему Евросоюза, на протяжении двадцати лет остаются лишь разговорами. Что в свое время дало повод президенту Литвы Валдасу Адамкусу назвать свою страну "энергетическим островом" Евросоюза.

Брюссель выделил средства для прокладки электрокабеля из Литвы в Швецию и строительства электромоста в Польшу. Однако скептики говорят, что Швеция сама будет покупать электричество у России. Это может обессмыслить наличие энергосмычки Балтия - Швеция. Что касается Польши, то ее позиция так до конца и не ясна. Поляки много лет бойкотировали не только начало работ, но и переговоры. Несколько лет, как необходимые документы вроде бы подписаны, однако фактически ничего не сделано. Двусмысленна польская позиция и по вопросу строительства Висагинской станции: то участвуют, то отказываются, то заявляют о собственном проекте. Кажется, случай именно из разряда тех, о которых говорят: лучше никаких компаньонов, чем такие.

Не исключено, что ситуация кардинально изменится после выборов президента Польши. Но пока она такова, какова есть.

Кстати, даже если бы линия электропередач в Польшу была бы построена, еще ее надо протянуть до Германии, чтобы наконец весь регион Прибалтики стал частью энергетической системы ЕС.

Что хотели - не услышали

Генеральный директор МАГАТЭ Юкия Амано побывал на остановленной Игналинской АЭС. Как он сам признался участникам "круглого стола", ситуация на станции произвела благоприятное впечатление. Японец ознакомился с планами текущих работ, стратегией на ближайшие три года и перспективами до 2029 года, когда планируется полный демонтаж ИАЭС. Руководство предприятия искренне радовалось высоким оценкам из уст чиновника мирового масштаба. Но были они искренни, либо они проявление восточной вежливости и мудрости многое повидавшего дипломата - это еще предстоит узнать, когда после докладов в МАГАТЭ будут сделаны окончательные выводы. На закрытие станции Литва уже получила около 1,3 миллиарда евро и еще надеется получить примерно столько же. Именно от позиции господина Амано зависит, в каких объемах станут поступать в Игналину столь необходимые ресурсы.

Пока же из уст главы МАГАТЭ прозвучал только один конкретный вывод: в регионе наступает эпоха атомного ренессанса. Так образно господин Амано охарактеризовал ситуацию со строительством АЭС.

Образ понравился. В последующих выступлениях он уже тиражировался, как цитата. Но, полагаем, литовской стороне хотелось не поэтических образов, а конкретных решений относительно финансирования проекта будущей станции.

Ответ на этот вопрос прозвучал во время выступления господина Петера Фаросса. У Фаросса сложно именуемая должность - директор по вопросам атомной энергетики гендиректората Еврокомиссии по транспорту и энергетике. И громадные финансовые возможности. Он предположил, что Еврокомиссия могла бы финансировать строительство новой АЭС. Это мог бы быть кредит Европейского сообщества атомной энергии "Евроатом". Но перед тем, как обращаться за такой помощью, Литва должна найти стратегического инвестора и подготовить финансовый план новой АЭС. Заявил Петер Фаросс буквально следующее:

- Правила Евросоюза предусматривают возможность выделения кредитов "Евроатомом" или Европейским инвестиционным банком. Однако такой кредит не может превышать 20% стоимости проекта, а кредит Европейского инвестбанка может быть только дополнительным. Однако и эти максимальные 20% могут быть выделены, если страна уже подготовила структуру для финансирования. Пока Литва еще не готова представить такую финансовую структуру, поскольку все еще ищет стратегического инвестора.

Прежде всего, вы должны найти инвестора, подготовить с ним планы, представить проект Еврокомиссии. Если оценка проекта и ответ комиссии будут положительными, тогда страна может просить кредит у "Евроатома" или Европейского инвестбанка.

В любом случае Литва обязана выполнить домашнее задание, связанное с проектом и поиском инвестора. Кстати, кредит можно получить и для реализации чисто национального проекта. Но факт, что проект взаимно развивают несколько членов ЕС, является преимуществом.

Если изложить цитату доходчивым языком, она прозвучит так: найдите инвестора, подготовьте документы, вышлите и ждите ответа. То есть в этом направлении дело даже не имеет права двигаться вперед. Однако еще в конце мая министр энергетики Литвы Арвидас Сякмокас говорил о кредитах, как об уже свершившемся факте: проект планирующейся Висагинской АЭС может надеяться на финансовую и правовую поддержку ЕС.

Прожектерство?

Новую АЭС Литва предполагает построить к 2018-2020 годам. Ожидается, что в проекте примут участие Латвия, Эстония и Польша. Помимо региональных партнеров, она надеется найти стратегического инвестора, которому было бы предложено более 50% акций предприятия. Подсчитано, что инвестиции в один реактор, в зависимости от его технологии, составят от 3 до 5 миллиардов евро, а всего их на АЭС будет два или три. Эта формулировка и сегодня является официальной позицией Минэнерго. То есть головное ведомство даже не знает, сколько реакторов собирается строить.

Предполагается, что стратегическим инвестором может стать крупная энергетическая компания. Кандидатов семь: французские концерны EDF и GDF Suez, германский E.ON, итальянский Enel, испанский концерн Iberdrola, английский RWE, шведский Vattenfall.

Внимательно слушая выступления литовских участников конференции, все время ловили себя на мысли, что присутствуем на спектакле, где лицедеи соревнуются в жонглировании словами. Например, говорят: "стратегическим инвестором в новую АЭС может стать крупная энергетическая компания". Но разве мелкая в состоянии осилить проект суммарной стоимостью от 9 до 15 миллиардов евро? С учетом того факта, что не придется с нуля создавать инфраструктуру, поскольку она создана вместе с ИАЭС. Русские и белорусы оперировали фактами, иллюстрируя их фото- и видеоинформацией со строительных площадок. Наши чиновники в основном употребляли глаголы будущего времени, ибо показать им было нечего.

Откровенно говоря, Литва выглядела бледно на фоне России и Беларуси. Конечно, проделана гигантская работа, однако ни один ее этап не завершен. Господин Клевинскас, рассказывая собравшимся о будущей станции, привел массу второстепенных деталей, но суть вопроса осталась нераскрытой - на какой из двух вероятных площадок все-таки будет вестись строительство?

Еще более тягостное впечатление оставило выступление Виталиюса Ауглиса, представлявшего Министерство охраны окружающей среды. Перенасыщенное схемами, таблицами и графиками, оно свелось к упрекам в адрес соседей, решивших начать стройки у самых литовских границ. Буквально минутами раньше из уст еврочиновников прозвучала мысль: выбор площадок территориально никакими международными документами не ограничивается. Упор всегда делается на их надежность и безопасность. Ауглис, казалось, эту реплику пропустил, продолжая говорить о потенциальных экологических угрозах бассейнам Нерис и Нямунаса, водам Балтийского моря.

Еще более странно выглядела позиция литовской стороны, когда с трибуны звучали слова о необходимости в случае вероятной аварии белорусской АЭС эвакуировать столицу государства Вильнюс с его учреждениями и жителями.

Во всех подобных рассуждениях было много академичности и очень мало живой жизни. Не только у журналистов, но и у еврочиновников сложилось стойкое мнение, что, упустив по различным причинам первенство на старте строительства, Литва всеми доступными методами пытается наверстать упущенное, не брезгуя при этом использовать структуры МАГАТЭ, Европейского союза и оказывая давление на соседние государства.

Как иначе объяснить прозвучавший из уст премьер-министра такой комментарий планов россиян:

- Литовская сторона рассматривает строительство АЭС в соседних странах как пустые затеи. В первую очередь это касается площадки в Калининградской области.

Мы совершенно четко знаем, почему Литве нужно строить атомную станцию. Потому что Балтийский регион ощущает нехватку энергетических мощностей. Кроме того, при строительстве новой АЭС на месте старой Игналинской будет сэкономлено около 30% строительных затрат.

Почему нужно строить АЭС в Калининградской области, какая в этом экономическая логика, я не могу сказать. Насколько понимаю, Калининградская область и без АЭС полностью обеспечена электроэнергетическими мощностями, которые уже построены, либо их строительство завершается, - конец цитаты.

Если вспомнить слова Кубилюса, приведенные в начале статьи, то видно, что премьер в первом случае лукавил: очень серьезно и ревниво правительство вынуждено заниматься анализом чужих проектов. Балтийскую АЭС априори вычеркнули из списка производителей энергии в Балтийском регионе и явно дают понять, что не позволят здесь торговать по иным, нежели литовские, правилам. При этом Андрюс Кубилюс в который раз отметил, что российская станция будет находиться всего в десяти километрах, а белорусская - в двадцати километрах от литовской государственной границы.

Монументальны и ехидны

С российской стороны в конференции участвовали руководитель проекта Балтийской АЭС в Калининграде Максим Козлов, представитель интересов "Интер РАО ЕЭС", заместитель гендиректора концерна "Росэнергоатом" Сергей Бояркин и представитель "Росатома" Игорь Конышев. Россияне были монументальны, веселы, ехидны и явно довольны произведенным впечатлением на участников конференции.

Они не скрывали, что АЭС будет производить больше электроэнергии, чем требуется области, поэтому в России есть устойчивый интерес к перспективам экспорта продукции в Литву и Польшу. Как отметил господин Бояркин, если ни той, ни другой дешевая энергия не понадобится, Россия готова протянуть электрокабель в Германию, используя инфраструктуру трубопровода Nord Stream.

В девятом номере "Литовского курьера" от 4 марта нынешнего года опубликована статья "На финише атомной гонки". В ней более чем подробно рассказано о проекте Балтийской АЭС, ходе строительства, перспективах использования энергии в Калининградской области и планах по ее транспортировке в соседние страны, поэтому мы позволим себе не повторяться. Заглянем за кулисы конференции. Здесь кипели особые страсти, ибо участники позволяли себе расслабиться, быть более откровенными и менее сдержанными.

За кулисами

Совершенно неожиданную проблему затронул профессор В. Орленок. Вячеслав Владимирович задал, казалось бы, простой вопрос:

- Каким образом литовские специалисты планируют доставить французский реактор в Висагинас?

США и Франция производят ядерные реакторы диаметром семь метров. Транспортировать их по железной дороге невозможно. Диаметр российского - четыре метра. Он сконструирован таким образом, чтобы можно было перевозить на железнодорожной платформе. Именно так он был доставлен под Санкт-Петербург, в Китай и на Нововоронежскую площадку.

Это совсем не мелкий технический вопрос, как может показаться на первый взгляд. Вес "западника" - 400 тонн. Для примера, максимальная грузоподъемность самого тяжелого вертолета - 20 тонн. Транспортировать реактор из Франции в Литву можно только по морю. Везти его по обычной автомагистрали нельзя. Монстр семи метров в диаметре вынудит снести на своем пути все мосты и эстакады, вырубить деревья на обочинах. Дорожники и экологи вряд ли пойдут на такие отчаянные шаги.

Выгоднее просто построить новую магистраль Клайпеда - Висагинас, прямую, без мостов, крутых подъемов и спусков.

Еще одно интересное наблюдение участников конференции - местечковый подход организаторов к решению проблем соседей. Ведь каждое государство призвано заботиться о своих гражданах. В том числе - и в контексте энергетической безопасности. Литовская сторона такое право оставляет лишь себе, полагая, что именно только она в состоянии построить действительно безопасную станцию. Совершенно игнорируя при этом такой факт, что новая АЭС, как и закрытая, тоже будет расположена в непосредственной близости от границ соседних стран, Беларуси и Латвии. До латвийского Даугавпилса около пятидесяти километров. Стотысячный город, конечно, не столица, однако кто сказал, что жизнь у жителей провинции дешевле, чем у столичных?

Боль ОСТРОвецкая

Белорусскую сторону на конференции представляли сотрудники научно-исследовательского производственного института "БелНИПИэнергопром", представители Министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды, Министерства энергетики, Дирекции строительства АЭС, Республиканского научно-практического центра гигиены, Института природопользования АН Беларуси. Столь многочисленный десант не случаен. Как позже сказал корреспонденту нашего еженедельника Чрезвычайный и Полномочный Посол Республики Беларусь в Литве Владимир Дражин, белорусы хорошо помнят аварию на Чернобыльской АЭС, на себе испытали последствия радиоактивного заражения местности, проблемы, связанные с отселением людей из непригодных для жизни районов, поэтому вопросам безопасности уделяют чрезвычайное внимание.

- Белорусы - не самоубийцы, как это кое-кто старается представить. Наоборот, в вопросах, которые касаются безопасности будущей станции, Беларусь открыта для любого сотрудничества и сама в таком сотрудничестве заинтересована:

Однако вернемся к "круглому столу". Директор "БелНИПИэнергопрома" Андрей Рыков представил собравшимся концепцию строительства Гродненской (Островецкой) АЭС. "ЛК" с огромным удовольствием напечатал бы выступление Андрея Никодимовича полностью, настольно оно было крепко скроено, однако это исключают рамки сегодняшней статьи. Поэтому в очередной раз ограничимся тезисами.

- Хочу пояснить логику, которой мы руководствовались, принимая решение о строительстве АЭС, и каким путем идем для реализации идеи.

Белорусская энергосистема сегодня, по общепризнанным понятиям, соответствует всем современным требованиям. Особенность ее заключается в том, что более 56 процентов электроэнергии вырабатывается на ТЭЦ. У нас относительно низкие удельные расходы топлива и строго соблюдаемые экологические нормы, однако есть одно "но". Беларусь фактически сидит на газовой российской игле, и уже несколько лет доля газа среди топлива равна 95-96 процентам. Мы намерены к 2020 году снизить долю природного газа при производстве энергии до 55%.

Местного топлива в Беларуси практически нет. Основное - это древесина. При использовании всего годового прироста она может дать не более 8% производства - это я не говорю об экономической целесообразности всех восьми процентов. Гидроресурсы способны производить не более 250 мегаватт, поскольку мы - равнинная страна. Средняя скорость ветра - менее 4 метров в секунду, следовательно, в этом секторе получим не более двух процентов производимой электроэнергии. При этом мы уже приступили к строительству двух ветропарков мощностью по 10 и 20 мегаватт. Однако это все кардинально не меняет сложившейся картины. Поэтому выход единственный - строительство АЭС с целью дисертификации энергобаланса государства. Без атомной электроэнергии, если внезапно вырастут цены на углеводородное топливо, мы попросту не выживем.

Задача сегодня формулируется так: изменить структуру выработки электроэнергии, планируя 29 % получать на АЭС, 31% - на ТЭЦ. 34 % дадут парогазовые электростанции, строительство которых сегодня активно ведется. Эта амбициозная цель базируется на следующих долгосрочных государственных программах: развития энергетики, энергосбережения и развития страны.

Наибольшее опасение у наших литовских соседей вызывают не планы строительства, а место. Площадка расположена в сорока километрах от Вильнюса. В соответствии с Конвенцией об оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте (Конвенция Эспо), участницей которой является наша страна, отчет об оценке воздействия на окружающую среду белорусской АЭС был направлен в сопредельные государства, выразившие заинтересованность принять участие в его обсуждении. Консультации и общественные слушания по обсуждению потенциального трансграничного воздействия при строительстве и эксплуатации белорусской АЭС также пройдут в Латвии, Польше, Украине и Австрии. После завершения консультаций и слушаний ОВОС будет доработан с учетом поступивших замечаний и предложений и вместе с другими материалами, предусмотренными законодательством Беларуси, направлен для проведения государственной экологической экспертизы.

Как мы выбирали площадку? Немного истории. В 1986 году под Минском строилась атомная станция. После Чернобыля стройку закрыли, хотя там уже заливался фундамент реакторных отделений, а в 90-х на этом месте построили тепловую станцию ТЭЦ-25.

Площадку выбирали по многоступенчатой системе по всей республике. Было определено более семидесяти пригодных для строительства мест. В итоге их осталось три: Краснополянская и Кувшиновская в Могилевской области и Островецкая - в Гродненской. Везде проведены исследовательские работы: геологические, геофизические, гидрологические, аэрометеорологические и другие. На этом этапе Беларусь тесно сотрудничала с киевским институтом "АтомЭнергоПроект" и комиссиями МАГАТЭ.

Выяснилось, что на первых двух площадках на глубине от 25 до 40 метров и ниже лежат обводненные мела. Провели дополнительные исследования, обратились за консультациями в МАГАТЭ. Мнение было такое: фактор не запрещающий, но осложняющий. А с учетом того, как будут себя вести дальше техногенные воды на площадке, поскольку на любой станции есть техногенные обводнения территории, принято решение остановится на Островецкой площадке. Там сегодня ведутся дополнительные изыскательные работы и дополнительные исследования.

Что касается техники. Разослали официальные предложения в США, Россию, Францию. США не ответили. Франция обставила свое участие очень серьезными политико-финансовыми условиями. Выразили желание сотрудничать Китай с еще не опробованным реактором второго поколения, который только строится в Пакистане, и Россия. "Росатом" предложил блок по проекту АЭС-2006, который имеет прямых предшественников - ленинградскую АЭС-2, нововоронежскую АЭС и китайскую станцию в Тяньване. При этом первые две будут построены раньше белорусской.

Такова логика наших решений.

Отдельно хотелось бы напомнить собравшимся: белорусы хорошо знают, что такое Чернобыль. Станцию строим для себя и своих детей. На первое место ставим устойчивое энергетическое развитие страны.


В Беларуси планируется построить АЭС мощностью около 2,4 тысячи МВт. Местом для размещения будущей атомной электростанции выбрана Островецкая площадка в Гродненской области.

Ввод первого энергоблока белорусской АЭС ожидается в 2016-м, второго - в 2018 году. Станция будет сооружаться по проекту санкт-петербургского института "Атомэнергопроект". Генподрядчиком строительства выступит российское ЗАО "Атомстройэкспорт" - государственная инжиниринговая компания, подконтрольная "Росатому" и реализующая межправительственные соглашения о строительстве объектов ядерной энергетики за рубежом.




Страница:

  Copyright © 1998, «NuclearNo.ru»