12.04.2006

Маяк

специально для NuclearNo.ru

Что скрывается за иранским железным занавесом. Часть 8

Письмо Маяка о ядерной программе Ирана

Об авторе: "Маяк" - российский ученый ядерщик, вынужденный за серию публикаций о предоставлении Россией ядерных технологий Ирану, скрывать своё имя под псевдонимом.

Автор опубликованного материала несёт ответственность за точность изложенных фактов и событий.


Часть 7, 24 ноября 2005.
Часть 6, 10 марта 2005.
Часть 5, 15 октября 2004.
Часть 4, 17 июня 2004.
Часть 3, 26 февраля 2004.
Часть 2, 4 ноября 2003.
Часть 1, 17 июня 2003.

Мне хочется поделиться с редакцией http://NuclearNo.ru важными сведениями, которые я получил в ходе контактов с иранскими учеными во время моего последнего визита в Иран. Речь идет о нескольких авариях, произошедших в 2004 - 2005 г.г. на ядерных объектах Исламской республики Иран (ИРИ). Иранцы не информировали об этих авариях соответствующие международные инстанции. Мало того, они приложили все усилия, чтобы скрыть подробности этих инцидентов и от самого персонала, находившегося на месте в момент происшествия. Таким образом, работники этих объектов даже не подозревают, что их здоровью нанесен серьезный ущерб.

В 2000 г. иранцы обязались информировать МАГАТЭ об инцидентах на ядерных объектах, непосредственно после происшествия - и это помимо обязательства уведомлять об этом наши соответствующие инстанции, включая Федеральное агентство по ядерной энергии (Росатом). Кроме того, Организация по Атомной Энергии Ирана (ОАЭИ) отвечает за реализацию постановлений иранского ведомства по ядерному контролю (INRA - THE IRANIAN NUCLEAR REGULATORY AUTHORITY). Однако случаи, о которых я собираюсь Вам рассказать, лишний раз доказывают, что иранцы действуют вопреки своим обязательствам.

Всем известно о чернобыльских событиях 1986 года, когда из-за действовавшей в то время цензуры в первое время никто ничего не знал. Но времена меняются, и сегодня существует большое разнообразие независимых СМИ, благодаря которым информация о различных ядерных инцидентах стала доступной широкой публике. Таким образом, в случае необходимости, можно принять эффективные меры по обеспечению безопасности гражданского населения и наших специалистов в ИРИ, включая доведение достоверной информации о возникновении опасности радиоактивного облучения до всего персонала ядерных объектов.

Как я уже рассказывал Вам в своих предыдущих письмах, за время контактов с иранцами я неплохо узнал их менталитет. А уж их политики это настоящие мастера двусмысленности - характерной черты иранской культуры. Невинная на взгляд формулировка вещей позволяет завуалировать действия или сведения, о которых они не хотят информировать международные органы контроля. В свое время мне довелось услышать любопытное объяснение взрыва, приведшего к утечке радиоактивных веществ, согласно которому взрыв был, якобы, инициирован в ходе работ по строительству дороги в местности со сложными топографическими условиями. Поскольку это объяснение звучало достаточно убедительно, то требования предоставить дополнительные разъяснения не последовало. Взрыв в железнодорожном составе и другие аварии в транспортной сфере - вот расхожие отговорки иранцев для прикрытия их противозаконной деятельности в ядерной сфере. Обязанностью международных органов контроля, и в частности наших ответственных инстанций, является раскрытые подобной противозаконной деятельности иранцев и принятие в связи с этим соответствующих мер.

В ходе 2004 - 2005 г.г. произошло несколько серьезных аварий, в результате которых пострадало большое количество людей, находившихся в это время на месте происшествия. В настоящее время, по крайней мере часть из них страдает неизлечимыми онкологическими заболеваниями, среди них Довлат Сана - директор завода по переработке урана (так называемого проекта UCF), который подвергся большой дозе облучения и в мае 2004 г. был срочно приглашен на медицинское обследование.

Вот некоторые из аварий, произошедших в эти годы на ядерных объектах ИРИ:

  • а. В 2004 г. при частичном запуске объекта UCF многие из сотрудников серьезно пострадали от отравления фтором. Среди них возникла сильнейшая паника, но, тем не менее, иранцам каким-то образом все-таки удалось сохранить этот случай в секрете, и СМИ о нем так и не сообщили.
  • б. В 2004 г., в ходе производства UF6 на объекте в г. Исфахане, в результате отказа одной из систем контроля произошла авария. Пострадало несколько работников, у части из них обнаружились серьезные травмы глаз.

  • в. В 2004 г. на исследовательском реакторе в научно-исследовательском центре в г. Тегеране (TNRС) произошла авария. В результате несоблюдения правил эксплуатации и отсутствия профессионального надзора, регулирующий стержень застрял в кладке реактора.
  • г. В конце 2005 г. в здании лабораторий TNRC произошел очередной инцидент - в результате извлечения радиоактивного вещества из аппаратуры радиографии, произошла авария. Операцию производил сотрудник, не достаточно знакомый с правилами технической безопасности. Многие сотрудники подверглись облучению в дозе, намного превышающей допустимый уровень. Более того, поскольку указанные лаборатории не оснащены соответствующими детекторами или оборудованием для радиомониторинга, степень облучения, которому подверглись сотрудники Центра, нельзя было измерить непосредственно во время инцидента. Иранцы хранили этот случай в строжайшей тайне, и сотрудников Центра направили на медицинское обследование лишь несколько дней спустя. Особого внимания заслуживает следующий факт: ряд лиц, имеющих отношение к Министерству информации, выступили в связи с этим с обвинением ни много ни мало именно в наш адрес, заявив, что наши ученые приложили к этому случаю свою руку.
  • д. Иранцы построили завод в г. Натанзе, несмотря на то, что известно, что колебания пола в подвальном помещении могут способствовать взрыву центрифуги в процессе обогащения. Правда, они осуществили ряд проверок в целях защиты от землетрясений, которые нередки в этом регионе, но проверки были спланированы неправильно. Ввиду этого, эксплуатация центрифуг чревата серьезной опасностью для работников завода и жителей этого района.
  • Во время пребывания в ИРИ мне неоднократно приходилось слышать критику в наш адрес, что, мол, мы, русские, не выполняем своих обещаний и недостаточно сотрудничаем с иранцами, поскольку вынуждены считаться с интересами США. Подобная критика высказывалась, в основном, функционерами из Министерства информации. Я еще раз предупреждаю наши ответственные структуры и напоминаю о необходимости относиться к иранцам с осторожностью. Мы вскармливаем на юге врага, с которым мы пока еще в мире, но который рано или поздно обратится против нас.

    P.S. На Ваше последнее письмо, в котором Вы просите рассказать поподробнее о наших ученых, сотрудничающих с иранцами, отвечаю, что по понятным причинам я не могу этого сделать. Вместе с тем, напоминаю, что Евгений Адамов, который несколько лет назад занимал пост главы Росатома, поспешил успокоить бывшего посла ИРИ в РФ, Мехди Сафари, заявив, что в России имеется множество исследовательских институтов, которые могут оказать помощь Ирану. Это заявление Адамова прозвучало как раз в то время, когда международные структуры оказывали на нас давление, прямым образом направленное на прекращение контактов между Научно-исследовательским конструкторским институтом энерготехники (НИКИЭТ) и иранцами.

    Кроме того, иранцы также умело используют недостатки нашего законодательства, касающегося контроля над экспортом. В нашем законодательстве отсутствует подробный список NSG - NUCLEAR SUPLIERS GROUP (список поставщиков-ядерщиков). Отсутствие такого перечня не позволяет должным образом контролировать экспорт в проблематичные страны, такие как ИРИ. Другая проблема заключается в двойной роли Росатома, который одновременно является и экспортером и инстанцией, осуществляющей контроль над экспортом. Ввиду этого факта эффективный контроль над экспортом представляется трудновыполнимой задачей. Необходимо отметить, что Росатом экспортирует также технологические ноу-хау в области ядерной энергии.

    С уважением,
    Маяк




    Страница:

      Copyright © 1998, «NuclearNo.ru»